Онлайн книга Не подарочки для полковника. Воронцовы (СИ)

Маме ни звука о том, что произошло!

— Ты! — тычет в меня в грудь, — вызывай сюда своего родственника мента и своих оперов из агентства.

Достаю телефон, набираю Воронцова:

— Миша!!

— Спятила! — шипит на меня Машка, отбирает трубку, сама разговаривает с братом, — Мишенька, мы очень заняты. Чмок-чмок, — выключает телефон.

Окидывает меня злым взглядом.

— Не надо рассказывать ни Мише, ни маме, что я потеряла собственную дочь!!

Смотрю в безумные глаза женщины. Мне ее очень жалко, но боюсь за себя.

— Сейчас поедем, заберем твою протеже, обменяем на мою дочь, — поняла! — зло скалится

— Маш, ты бы помягче с ней, — говорит с досадой Майка, собираясь в дорогу.

— Я буду мягкой, — заверяет Маша, — когда вернут мою дочь.

Глава 37"

"Через час подъезжаем к социальному

Чувствую себя пустышкой. Во мне даже эмоций не осталось от переживаний, только в груди адская черная дыра.

— Иди, — Маша выталкивает меня из своего джипа.

— Что я скажу Нине, что она товар для обмена? — меня всю трясет от этой тяжелой ситуации.

— Скажи правду или соври, твое дело! Исправь ошибку, — командует.

Завязываю эмоции узлом, выхожу из авто. Оглядываюсь в поисках Клима. Если бы Красовский был здесь, то мне было бы спокойнее. Но он еще не приехал.

Придется самой брать ответственность на себя.

На негнущихся ногах захожу в мини-гостиницу для женщин, которым помогаю. Иду к Морозовой. Встречает меня широкой открытой улыбкой.

— Полиночка, садитесь, будем пить чай.

— Нина, я к вам с плохими новостями.

— Он же меня убьет? — недоверчиво глядит на меня.

— Я постараюсь сделать всё, чтобы этого не произошло. Если надо, наденем на вас прослушку.

По стенке бессильно сползаю на пол, рыдаю.

— Полиночка, — приземляется передо мной, стирает пальцами бегущие ручейки горячих слез, — Глеб что-то натворил?

— Украл маленькую девочку, хочет обменять на вас, — голос дрожит.

— Господи, — женщина прижимает меня к себе.

— Я сейчас, — поднимается тяжело, — только оденусь.

— Нина, не подумайте, что я предаю вас, — хрипло стону я.

— Поля, я тоже мать. Выбор матери очевиден — ребенок. А я уже успела прожить сорок лет, моя жизнь позади…

— Не говорите так, — пытаюсь встать на слабые ноги, — все закончится хорошо…

— Мы обе в это не верим, но сейчас неважно! Идем, — сама ведет меня за локоть на выход.

Стыдно.

Больно.

Невыносимо.

Снова попала в капкан.