Онлайн книга Нить судьбы

ГЛАВА 20"

"Лето пролетело незаметно, словно голубая бабочка вспорхнула над цветущим лугом. Прошла и осень золотая с её дождями да туманами, с вечерами длинными да первыми заморозками. Земля-матушка благодарила людей за их труды и заботы, щедро одаривая своими дарами каждого, кто не ленился весной, кто кланялся ей в пояс всё лето, не покладая рук. Любит земля добрых да трудолюбивых, не жалеет для таких людей подарков своих – и румяных яблок и жёлтых медовых груш насыплет в подол, и круглобокие оранжевые тыквы сложит в их тележки, и картофеля, что станет после в чугунке рассыпчатым да сладким, и репы хрусткой, и лучка ядрёного и всего прочего не пожалеет.

– Бабуся, а ты когда в лавку пойдёшь?

– Да не знаю, а что тебе там нужно? – пожала плечами старуха.

– Нужно. Только не что-то, а кто-то – Мария! Чего она не приходит на примерку? Платье-то ей уже совсем скоро понадобится, а она всё не идёт!

Захариха удивлённо посмотрела на внучку, вытирая посуду полотенцем.

– Бабушка, – уперла важно и забавно ручки в бока Надийка, – Ты почему опять старое полотенце взяла? Я тебе сколько новых пошила.

– Господи! – всплеснула руками Захариха, – Да их в руки-то взять страшно – такая красота! А ты говоришь – утираться ими. Да их только возле икон вешать, украшать, или же на праздник вот, на стол стелить.

– Хм, для чего я тогда столько вышиваю… Смотри, у меня опять целая куча набралась.

– Ну, так и давай с соседями поедем на ярмарку, и отвезём Корнею твои работы.

– Не надо, сами приедут.

– Кто приедет? – не поняла Захариха.

– Кто надо, те и приедут, – важно ответила Надийка.

Захариха опять удивлённо поглядела на внучку.

– Бабуся, так ты передай, пусть Мария-то зайдёт. Да побыстрее, а то время не терпит.

– Ладно, ладно, егоза, всё передам, как надо, – сказала Захариха.

Она продолжила готовить обед, а в голове её засела неотступно мысль, что надо быстрее идти к Марии.

– Тьфу ты, вот втемяшилось в голову, теперь не отстанет, надо идти.

Захариха крикнула Надийке, чтобы та приглядела за обедом в печи, а сама наскоро накинув тулуп, да обувшись в валенки, побежала в лавку.

Она бежала через деревню почти бегом, словно это было делом первостепенной важности и не терпело отлагательств.