Онлайн книга Экзотеррика. Прорыв

Контакт умеренного риска повреждений – шестьдесят семь процентов. Уровень замены тканей – до семидесяти процентов. Нейроизнос – пятьдесят. Распространение волны фрустрации – десять часов. Время коллапса – пятнадцать часов.

Голос умолк.

Шапиро цокнул языком.

Обе женщины повернулись к нему.

– Плохо дело? – сказал он огорчённо.

– Нужна срочная операция по замене поражённого участка мозга, – сказала Дарья."

"Одновременно с её словами в сложной сети мозговых складок красная звёздочка размером с куриное яйцо позеленела.

– Видите?

– Да, вижу. Операция в этих условиях возможна?

Женщины переглянулись.

– Мы можем вырезать поражённую часть, но этого мало для полноценной работы мозга. Если бы мы были в Солнечной системе, всё обошлось бы. Все работники ЦЭОК высокого ранга имеют машинные копии наиболее важных органов, в том числе и мозга. Но этот биоматериал находится на Земле.

– Надо лететь домой?

– К сожалению, не всё так просто. ВСП-бросок увеличит риск инсульта.

– То есть ни вздохнуть, ни выдохнуть.

– Решать не нам, – тихо сказала Марина.

– Понял, сочувствую.

Шапиро бросил взгляд на тело Волкова с рельефными мышцами и вышел из отсека, забыв снять халат. Пришлось возвращаться.

Через час всех исследователей собрал в кают-компании майор Сабуров, хотя он являлся лишь командиром группы безопасности экспедиции. В чрезвычайных обстоятельствах он имел право решающего голоса, с чем согласились и начальник экспедиции Шустов, и капитан Дроздов.

Стены кают-компании работали в режиме визуального контроля, показывая грибопланету с нашлёпкой тюремной посадочной платформы. В двух отдельных виомах виднелись башни-камеры джиннов – серая и белая. За ними постоянно следили беспилотники.

– Давайте решать, – начал разговор Сабуров, получив от Шустова поддерживающий кивок. – Все вы знаете, в каком положении находятся наши товарищи, и медлить нельзя.

– Можно вопрос? – поднял руку Рома Филин.

– Слушаю.

– Что случилось в башне? Вы не привезли ни одной записи, мы переживаем.

– Джинн ещё жив. По оценке анализаторов материала серой башни, её возраст достигает ста миллионов лет. В таком случае робота доставили сюда уже после войны и он не успел состариться. Какая-то часть его систем продолжает функционировать.

– Мы решили, что его оживила группа Голенго.

– Исключено, – сказал Шустов. – Никто из нас не знает кода запуска джиннов. Я вообще не уверен, что программа существует.