Онлайн книга Госпожа Доктор

Оно идеально подошло, да и разве могло оказаться иначе?

В следующий момент он притянул меня к себе так резко, что у меня перехватило дыхание. Его ладонь скользнула по моей талии, обжигая прикосновением. Плавя кожу даже через ткань платья.  Мы были так близко, что я чувствовала каждый его вдох, каждый удар его сердца. Его губы скользнули по моему лицу, стирая слезы, а после обрушились на мои с горячей, почти необузданной жадностью. Кажется он больше не мог терпеть, словно этот момент стал пределом, точкой невозврата.

Его поцелуй был глубоким, властным, требовательным. Если прежде его поцелуи были мучительно сдержанными… настолько, что мне иногда хотелось самой заставить его отпустить эмоции. То теперь он исследовал меня с такой страстью и жадностью, что я меня попросту смыло волной его жара. Одна его рука скользнула вверх по моей спине, другая крепче сжала талию, и я невольно подалась навстречу этому порыву, чувствуя, как мои колени становятся предательски слабыми. Рана в плече? Мы оба забыли о ней.

Я ответила ему с той же страстью, осознавая, что больше нет смысла в том, чтобы тормозить себя. Я встала на носочки, чтобы быть еще ближе, еще теснее. Мои пальцы сами скользнули в его волосы, сжали их у корней, чем сорвали с его губ жаркий выдох. Он прикусил мою нижнюю губу и вобрал в себя, а после снова завладел моим ртом. Это было упоительно. Мы растворились друг в друге. В его прикосновениях больше не было ничего осторожного. Только неприкрытое желание, оголенные чувства, которые мы так долго сдерживали.

Его дыхание стало тяжелее, его губы оставляли горячие следы на моей коже, пока он опускался к шее, заставляя меня задыхаться от ощущений. Я почти всхлипывала, пытаясь вдохнуть очередную порцию воздуха. Его руки скользнули по кромке ворота у меня на спине, по плечам, по обнаженной коже, трепетно, до сумасшествия обжигающе… Мурашки пошли волной по позвоночнику, опускаясь ниже и разливаясь жаром внизу живота.

Его поцелуи становились все более настойчивыми, горячими, как пламя, которое грозило полностью поглотить нас.

И вдруг, в эту почти невыносимую сладость прорвался звонкий, радостный голос:

– Анна! Дядя Рейнард! Где вы?

Люсиль.