Онлайн книга Пограничник. Том 10: Тень \

Волков принялся материться, согнувшись в три погибели и отхаркивая густую слюну.

— Дымовая шашка! — крикнул я.

В следующее мгновение приоткрытая дверь распахнулась. Внутрь тотчас же ворвались три или четыре душмана.

С криками и воплями они принялись искать, где мы есть.

Я не растерялся. Быстро схватил лампу, выкрутил свет на максимум, а потом высоко поднял ее и сдернул тряпку.

Свет в одно мгновение разогнал тьму в половине помещения. Душманы на миг замешкались, ослепленные им. Муха тут же дал очередь из АК.

Первый этаж мельницы наполнился невероятным грохотом. Он колотил по ушам, оглушал, оставался в голове неприятными, несмолкающими гулом и звоном.

Духи попадали на землю. Кто-то умер сразу. Кто-то слабо шевелился.

Муха, не теряя времени, поднялся из-за укрытия и в два выстрела дострелил раненых.

Не гася лампу, я поставил ее на гниловатое дно бочки, стоявшей вверх тормашками.

Увидел, что часть помещения уже наполнилась густым дымом. Воняло гарью и чем-то пряным.

— Сука… — Муха тоже раскашлялся, — выкуривать нас собрались, падлы!

Вдруг командир снова зашелся в жутком приступе кашля.

— Держите дверь, если попрут! — крикнул я, стягивая китель.

Когда я бросился к шашке, Муха принялся обматывать лицо грязной тряпкой, которой я прикрывал лампу. При этом автомата он не отпускал."

"Сквозь густой дым я с трудом, слезящимися глазами, рассмотрел шашку. Она оказалась кустарной, сделанной из какой-то бумаги.

Из дыма, пошатываясь, выбрался Волков.

Он плевался и кашлял. А еще — нес в руках какую-то большую чугунную кадку.

— Молодец! — сквозь кашель крикнул я, — накрывай, ну⁈

Волков накрыл.

Очень быстро шашка затухла. Но она уже успела надымить достаточно.

— Окошки! Окошки ломай! — заорал я, — надо сквозняк! Но аккуратно!

Я схватил первое, что попалось под руку — какое-то корыто для зерна и с размаху врезал им в ближайшее окно.

А потом по окошку зарядили очередью.

Я рухнул под него, пережидая, пока пули хлопают по глиняной стене.

Волков разломал свое голыми руками. Но по нему огонь не открыли.

— Сука… Все равно… Жжет… — простонал он, натирая глаза.

Зам посмотрел на меня. Глаза его опухли, слезы и сопли катились ручьем.

— Ложись! На пол ложись! — крикнул я.