Онлайн книга Отказ не принимается (СИ)

Как пить дать в косяк влетят!

Только я собираюсь в панике прекратить этот беспредел, как мне на плечо ложится рука Екатерины, так кажется, ее зовут.

– Пойдемте, чаю выпьем, – тянет она меня вглубь дома.

– Но они же убьются! – беспомощно отзываюсь я, даже не пытаясь перекричать стоящий гвалт и визг.

– Первый у тебя, да? Ты думаешь, они в детсаду не так бегают, что ли? – усмехается она. – Просто ты не видишь.

Ну, может, она и права… Дома у нас сильно не разгонишься…

– Пойдем-пойдем, убиться тут не обо что, а набьют шишек, будут потом осторожнее, – посмеивается Екатерина.

Ничего себе философия у няни в богатом доме…

Я все еще растеряна, поэтому позволяю утащить меня на кухню.

На кухне хуже слышно, что творится в холле, поэтому я продолжаю нервничать, но Екатерина забалтывает меня, и потихоньку начинает отпускать.

И я решаю отсидеться здесь до отъезда Воронцова.

Только это от него не спасает.

Уже одетым в пальто Виктор заглядывает на кухню, и я под его взглядом замираю с чашкой у рта.

– Я уехал, Варвара.

И выходит, оставив за собой шлейф парфюма.

Я икаю.

Это прозвучало… очень по-семейному. Я затравленно кошусь на Екатерину, но у нее в глазах никакого пренебрежения, только любопытство.

Позвонит он. Зачем? Пусть звонит дочери или Екатерине.

Ой! Надо маме позвонить! Я же обещала, как доеду, ей набрать!

И до меня в очередной раз доходит, насколько интимна была фраза Воронцова.

От смущения сбегаю с кухни. Зацепив обе сумки, поднимаюсь в выделенную мне королевскую комнату и, пока идет дозвон, открываю оба баула.

– Блин! – вырывается у меня.

– Варь, что? – нервно спрашивает мама, которая уже на линии.

Что-что… Мы вырастили чересчур сообразительного ребенка. Дотумкав, что из его сумки лишние игрушки убирают, он поступил хитрее.

– Тимошка-паршивец! Он таки засунул своих динозавров. Вместо моей пижамы!

И ночнушки. И халата.

Глава 21

Спустя три дня, проведенных в этом сумасшедшем доме, мне кажется, я приобретаю небывалую крепость нервов.

Эстель, казавшаяся мне раньше капризным ангелочком, показала свое истинное лицо. Вот с кого можно писать Пеппи Длинный чулок. А Тимошка растет явным подкаблучником, охотно ведется на все подначки. Я уже не уверена, что это хорошо, что дети так поладили.

Правда, вечером перед сном, когда приходит время сказки и обнимашек, все не так радужно.