Онлайн книга Позор рода, или Выжить в академии ненависти

И вообще… отвали, понял? Будешь разбрасываться намёками и угрозами, пожалеешь, — Оскар указывает на профессора пальцем, а затем поворачивается ко мне: — Не поверю, что у тебя какие-то способности к алхимии. Ты не будешь ученицей Шейдмора, ясно тебе? Радуйся, что тебя, идиотку, хоть в академию взяли! Скоро отсюда вылетишь.

С этими словами он разворачивается и идёт прочь, даже не попрощавшись.

— Стой! Верни кулон! — кричит профессор Шейдмор ему вслед.

— Пошёл ты! — откликается дядя.

— Э-м, Медея, твой дядя забрал кулон, — профессор останавливается, поворачивается и беспомощно глядит на меня.

Я смотрю вслед дяде, раздумывая, может догнать и потребовать вернуть? Но тогда он поймёт, что я всё знаю.

А его реакция говорит сама за себя. Он виновен во всем. Поэтому и кулон забрал.

— Не нужно, пусть идёт, — печально усмехаюсь я, приваливаясь к холодной стене. — Понимаете, что это всё значит?

— Он подставил твоего отца, — с глухим гневом говорит профессор Шейдмор.

Осознание этого окончательно меня добивает. Все эти годы я думала, что дядя просто мерзкая скотина и поганый урод, но узнать, что он действительно так поступил со своим братом… Он убийца. Такой же, как и Майрок. Нет, Оскар даже хуже…

— Отец всегда помогал дяде, выручал его, — произношу я с горечью. — Сколько раз он разбирался с другими доменами из-за того, что дядя наворотил дел.

— Некоторые дракорианцы просто сволочи, этого не изменить. В них будто нет и капли драконьей крови, только гниль, — с презрением говорит профессор.

— Вам не стоило встречаться с дядей, не обговорив ничего со мной, — качаю я головой, но затем добавляю: — Ну ладно… ничего страшного. Главное, мы выяснили, что он во всём этом замешан. Спасибо.

— Выходит, Оскар Найт преступник. Его должны судить.

— Столько лет прошло. Не уверена, что он снова не ускользнёт. Теперь это дело чести.

— Кровь за кровь? — откликается Шейдмор, глядя на меня с тревогой.

Хоть я и слышу в его словах вопрос, но по коже уже бегут мурашки, а внутри всё сжимается.

— Справедливость свершится моей рукой, — произношу я чётко и размеренно.

— Ибо кровь требует расплаты, — заканчивает традиционную фразу Шейдмор.

Кровная месть внутри семьи.

Могу ли я объявить её? Такого не делали многие сотни лет. Это дикость и настоящее безумие.

— Я не сторонник подобных методов, — добавляет мой преподаватель, глядя на меня с нескрываемым неодобрением и волнением.