Онлайн книга Проводник Хаоса. Книга 10 (СИ)

Ну, а потом предложить новую войну с миром Порядка, где земляне смогут отыскать свою возможность.

«Или умереть», — нахмурился Игнат. Ему не стоило забывать и еще о некоторых «деталях».

Всхрапнувший Бамбик вырвал его из размышлений. Посмотрев на пса, Игнат с сожалением понял, что к тому же упустил и развитие питомца, да и вообще не думал о нем в последнее время. Сейчас между ними была такая пропасть, что таскать его с собой не имело смысла.

— Вот же! — недовольно хмыкнул он. — Проблем набралось, аж голова трещит!

Ситуация на Земле, сбор собственного войска, вопрос с захваченным метазверем и даже Бамбик — Игнат ощутил, что его голову буквально распирает от накопившихся незавершенных дел.

«Решить это все одномоментно явно не получится», — с неудовольствием подумал он.

Его взгляд вновь упал на пса. Тот ощутил мысли Игната по поводу своей недостаточной мощи и загрустил. Невольно хаоситу стало совестно перед своим питомцем. Мопс всегда просился с человеком в приключения, где мог бы стать сильнее, а Игнат отказывал — потому что пес мог и умереть.

Думая об этом, Игнат всерьез начал терзаться угрызениями совести. Он определенно был виноват перед мопсом. А ведь пес был одним из якорей, что удерживали его от превращения в безумного исполнителя воли Хаоса.

«Вот бы тебя как-нибудь подтянуть, — задумался Игнат. — И ведь есть, чем».

За последнее время он насобирал действительно много серьезных сокровищ. Тут и захваченный Эмбрион бога, полученный от Абалима, и странное средоточие двух стихий, и яйцо метазверя…

— Подожди-ка, — произнес вслух Игнат, осененный смутной идеей.

Не желая потерять ее, он ускорил разум и полностью ушел в себя. Это помогло. Форсированный интеллект метасущества куда лучше находил пути решения, чем человеческий. Медленно в сознании Игната собирался план, как разрубить этот гордиев узел. И он ему чертовски нравился.

Обратно Игнат ехал, как на иголках. Хотелось поскорее приступить к реализации плана.

Это был серьезный риск для пса, но тот согласился сразу же, стоило Игнату показать ему через мыслеобразы свои замыслы. Мопс давно уже стал разумным и думающим существом, поэтому Кедрову оставалось только уважительно отнестись к его готовности поставить свою жизнь на кон.