Онлайн книга Рискованная игра

Омерзительно грязная возня: повсюду кровь, я весь ею залит, с ног до головы. Подумать только, каким я тогда был неопытным! Методика совершенно не разработана. Понимаете, когда я исповедался, Миллисент еще была жива. Я был на стадии разработки плана, и священник еще успевал остановить меня, но не подумал и пальцем о палец ударить Я сказал ему, что собираюсь сделать.

– Но объясните, как бы ему удалось остановить вас?

– Молитвой, – скучающе хмыкнули за занавеской. – Я просил его молиться за меня. Но он либо не сделал этого, либо не проявил должного усердия, и что же? Я все-таки прикончил ее.

Господи Боже, значит, были и другие? Сколько?

– И сколько же преступлений вы…

– Грехов, отец, – перебил незнакомец. – Я совершал смертные грехи, но смог бы противиться искушению, если бы священник мне помог. Но он не дал мне того, в чем я нуждался.

– В чем же вы нуждались?

– В прощении и отпущении грехов. Но он отказался.

Мужчина внезапно грохнул кулаком по решетке.

Том был ошеломлен и изнемогал от ужаса. Иисусе, что же теперь делать? А он самонадеянно похвастался, будто ничто не сможет рассердить или шокировать его! Но разве он мог предположить, что незнакомец так сладострастно будет описывать издевательства над несчастной жертвой?

Ненавидь грех, а не грешника…

– Постепенно я вошел во вкус, – сообщил безумец.

– И скольких женщин вы убили?

– Миллисент была первой. Были и другие романы, и стоило' моей возлюбленной разочаровать меня, приходилось причинять ей боль, но я никого не убивал. Правда, после того как я встретил Миллисент, все изменилось. Я долго следил за ней и все сделал идеально.

До сих пор он говорил спокойно, но теперь сорвался на рык.

– А потом она предала меня, совсем как те, другие. Воображала, что может обманывать меня с другими мужчинами, а я настолько слеп, что ничего не замечу! Я не мог позволить ей терзать меня! Пришлось наказать ее.

Он шумно, раздраженно вздохнул и, злобно хмыкнув, пояснил:

– Я прирезал сучонку год назад и похоронил глубоко, так глубоко, что никто и никогда ее не отыщет. И теперь обратной дороги нет. Нет уж, сэр. Я и понятия не имел, как будоражит душу и волнует убийство. Заставил Миллисент молить о пощаде на коленях! И, клянусь Богом, она подчинилась.