Онлайн книга Сделка

Потому что тем же вечером она вызвала меня в свой кабинет и прямо с порога заявила:

– Дмитрий Александрович, вам лучше уехать.

Я поднял бровь, ожидая продолжения.

Печорская сделала глубокий вдох. На ее щеках застыли два пятна, словно от изрядного волнения.

– Послушайте. Я не поблагодарила вас за помощь, вероятно, даже за спасение наших жизней в лесу. Стая волкодаков оказалась неприятным сюрпризом.

Ну да, тот еще подарок.

– И, вероятно, сейчас я выгляжу как весьма неприятная и неблагодарная особа, но… Возможно, я лишь пытаюсь вам помочь.

– Я вас не понимаю, Елизавета Андреевна.

– Конечно. – Она потёрла лоб, и я вдруг подумал, что Печорская выглядит ужасно уставшей. И очень немолодой. Ее ровная спина, бодрость и легкость движений создавали обманчивую картину, а ведь княгиня действительно в изрядных летах. Возможно, уже разменяла седьмой десяток.

Подняв голову, она сжала губы.

– Дмитрий, уезжайте. Просто поверьте – так будет лучше.

– Я настолько вам не нравлюсь?

Она как-то жалостливо рассмеялась.

– Вы мне нравитесь, в том-то и дело. О, не как мужчина, разумеется. Для подобного я уже слишком стара, – насмешливо хмыкнула она. – Но вы хороший человек, я в этом уверена. Теперь.

– Так в чем же дело?

Печорская взяла со стола карандаш, словно не зная, чем занять руки.

– Вы здесь лишний.

Мне пришлось шагнуть ближе, потому что голос настоятельницы упал почти до шепота.

– Объясните.

– Увы, большего я сказать не могу.

– Вы не можете меня выгнать, Елизавета Андреевна, без весомой на то причины.

Ее взгляд заметался.

– Значит, не уедете?

– Нет.

– Тогда… я умываю руки. Идите, Дмитрий Александрович. И вот еще, – окликнула она меня уже на пороге. – Даже не думайте приближаться к Катерине.

Я пораженно моргнул, потому что в голосе Печорской совершенно недвусмысленно прозвучала угроза.

Кабинет настоятельницы я покинул с плохо скрываемым раздражением.

Гектор нашелся в своем закутке, правда, выглядел он столь неважно, что стоило и ему прописать пилюль.

– Вы не заболели? – проявил я участие.

– Ужасная жара! – Франц потер бледный, покрытый испариной лоб. И без того тощий остроносый лекарь, казалось, стал еще меньше, а лицо приобрело нездоровой зеленоватый оттенок.