Онлайн книга Шипы в сердце. Том первый

— Сейчас у нас будет секс, Вадим Александрович, — без тени смущения стаскиваю футболку через голову и отбрасываю в неизвестность. — Потому что я так решила.

Я немного откидываюсь назад, одной рукой упираясь в его бедро. Сквозь мягкую ткань домашних штанов ощущаю развитые мышцы.

Прогибаю поясницу вперед.

Даю на себя посмотреть.

Он же «танцует» это красивое тело — пусть наслаждается. Изучает.

Но по мере того, как авдеевский синий взгляд скользит по моей груди, а подушечки пальцев в унисон скользят выше до моих колен, сидеть спокойно становится все сложнее.

— Больно было делать? — Отрывает одну ладонь от моих ног, притрагивается к шарику «штанги» в соске.

— Я терпеливая, — говорю нарочно так, чтобы не дать прямой ответ. Ничего с «болью» в моем исполнении он не услышит. Это — принципиально.

Перехватывает штангу пальцами.

Мягко тянет, оттягивая сосок на себя.

Выпускаю воздух через ноздри слишком резко, потому что губы сжаты намертво.

Отпускает. Легонько щелкает по шарику пальцами.

Я все-таки дергаюсь, но чтобы сгладить слишком острую реакцию, подаюсь вперед, стараясь упереться промежностью ему в пах.

Удовлетворенно растягиваю в улыбке весь рот — настолько там очевидно твердо.

Вжимаюсь сильнее.

Жду какой-то протест, но Хентай позволяет мне абсолютно все. Когда начинаю медленно вращать бедрами, потираясь об его стояк через одежду, опускает взгляд вниз. Изучает процесс с сытой улыбкой.

А потом хватает за колени и резче подтаскивает вплотную.

Я сглатываю, в полной мере оценивая размер.

— Пиздец, — первое, что приходит в голову, когда мы смотрим друг на друга. Он — с вопросительной ухмылкой, я — в шоке.

— Поэтому, Барби, сегодня рулишь ты.

— А потом…? — выскакивает из моего горла вместе с очередным несдержанным стоном, потому что тело импульсивно потирается об него само, как будто намагниченное."

"— А потом, коза, — он трогает меня за подбородком, проводит пальцем под нижней губой, и каким-то образом у него получается выглядеть одновременно и расслабленным, и готовым в любую секунду меня порвать (в известном смысле), — я вытащу предохранители и вот тогда тебе точно пиздец.

Я не могу адекватно оценить, насколько мокрой я была до этого обещания — кажется, как никогда в жизни — но сейчас, пока трусь об него, кажется, звуки моей сочащейся влаги вызывают у меня желание немедленно прикусить губу, чтобы сдержать неуместное смущение.