Онлайн книга Шипы в сердце. Том первый

Просто отрывает от пола, забрасывает на плечо как законную добычу и несет сквозь кухню, мимо стола.

— После всей этой чистки лошадей, я пахну как черт, — на ходу объясняет детали нашего маршрута.

— Как альфа-версия шампуня с запахом конюшни, — поддакиваю, нарочно ёрзая у него на плече.

Получаю заслуженный шлепок по заднице.

Визжу — не от боли. Только от возбуждения, которое моментально концентрируется в нижней части моего тела.

Вадим хмыкает, врезается плечом в дверь ванной, не особо заморачиваясь. Уголком глаза замечаю, как он прикусывает губу — явно сдерживается.

Душ включает сразу, пока я стою босиком на холодной плитке, и уже одна эта вода, шумящая где-то за спиной, заставляет меня затаить дыхание.

Он оборачивается ко мне, стаскивает с меня толстовку. Медленно, не спеша, как будто разворачивает подарок. Глаза у него темные. Голодные. Когда пальцы касаются моей кожи, я уже не дышу. Вадим скользит ладонями по моим ребрам, задерживается на груди, сжимает ее, проводит большими пальцами по соскам, вырывая из меня первый голодный стон.

Я сама подаюсь вперед, даю себя, вымаливаю рваным дыханием, чтобы трогал сильнее.

Он делает, как хочу — грубее, шершавыми ладонями сминает полушария, растирает соски пальцами, пока они не становятся болезненно чувствительными. Он всегда знает, как я хочу, умеет, читает у меня под кожей.

— Ты такая мелкая, — дышит в мои губы, намеренно не целуя, а только щекоча воспаленную кожу дыханием. — Просто пиздец. Как ты вообще меня выдерживаешь?

— Я просто охуенно гибкая, — шепчу, заводя руки ему за поясницу.

Он мурлычет от смеха, почти по-кошачьи, низко, хрипло. Дает мне приспустить с него штаны вместе с боксерами. Дальше отводит руки, стаскивает сам, переступает. Втягивает меня из остатков одежды, оставляя только маленькие, почти не ощутимые на коже танга.

Подхватывает меня, закидывая мои ноги себе на бедра. Я рефлекторно цепляюсь за его плечи, сдавливаю коленями талию.

Вадим заносит меня прямо под струю воды, прижимает к теплой плитке. Моя спина ощущает каждую каплю, но сильнее всего — жар его тела и дыхание, которое срывается в мою шею. Целует — в ключицу, в подбородок.

Снова накрывает рот, на этот раз — медленно, жадно, имитируя языком то, что собирается повторить членом уже через минуту.