Онлайн книга Сложные оборотни госпожи Дарианы (СИ)

Выносить приговор, изгнать там или проклясть, это смогут. Тогда дер Варр взял дознание в свои руки.

— Поясни, что именно было не так. Они освистывали преподавателя? — вообще это стандартная процедура проверки на прочность наставника-новичка, и Веста об этом знала."

"— Реагировали главным образом мальчишки. Словно перед ними стояла аппетитная волчица в непристойной позе — но не все, лишь те, кто находился ближе к ней. Внешне она выглядела абсолютно обычно. Все закрыто, даже руки и шея. Я почти уверена, что это от ее запаха, но дотягивался он на тот момент недалеко и настигал лишь самых чутких.

— Арменроут, что скажешь? Ты оказался дальше всех и все посторонние запахи перебивала твоя девушка.

— Эээ, в какой-то момент этим ароматом накрыло аудиторию. Его нельзя было проигнорировать. Видимо, это как-то связано с тем, что преподавательница разозлилась. Дубина Бергович назвал ее цыпочкой и предложил… я бы не хотел повторять это при дамах…

— Валяй, что уже теперь, — Маркус расстроен, даже аксакалы перестали возмущенно шелестеть.

— Предложил распушить перышки у него между ног. Предположу, что доне Аделаиде такого не говорили. Ну за последние пару тысяч лет. Она взъярилась, и от этого стало только хуже. Задние ряды к этому времени сообразили, что скандал в разгаре, все заволновались, а она стала пахнуть, как… мне даже не подобрать слов.

— Как сука, которую пометил один из верховных альфа-самцов, и у нее началась течка, — услужливо подсказала Веста.

Повисло молчание, мы все пытались переварить услышанное. Не знаю, что произошло у Аделаиды с отцом, но то, что ей пришлось испытать, — стать объектом неконтролируемого вожделения двух десятков юных волков — определенно оправдывало любые формы самообороны. Наша история хранила несколько постыдных случаев, о которых молчали учебники, — когда альфа по какой-то причине не завершал начатое, не успевал овладеть выбранной самкой, и его женщину рвали на части.

Маркус сердито потер переносицу.

— Студент Бергович получил очень серьезные повреждения: у него не только полное оглушение, но и множественные рваные раны брюшной полости и грудной клетки, — подлил масла в огонь доктор Пенн.

В глубине души мне было стыдно: следом за осознанием первой реакцией стало облегчение.