Онлайн книга Таргитай

Дудошник радостно вопросил:

– Неужто научил слагать песни?

Велет поморщился, будто хлебнул уксуса.

– И откель такой умный взялся… – сказал он, но потом нехотя пояснил: – Огонь! Я украл у Рода священный огонь! Без него ни согреться, ни поросёнка зажарить! А песни… песни люди всегда могли петь. Они согревают душу, но дух не живёт без тела. А телу нужно тепло и горячая еда.

При упоминании поросёнка Таргитай сглотнул слюну. Однако на лице проступило уважение.

– Огонь, это… ага… – только и смог сказать он и с почтением отвесил поклон до земли.

Промет дёрнул головой, звякнули цепи, когда он пошевелил широкими, как гора, плечами.

– Что ты знаешь о муках? – произнёс он горько. – Вечность пробыть здесь, когда печень мне постоянно клюет ворон, а потом она вырастает вновь, чтобы снова её склевал…

Внезапно он поменялся в лице. В потухших глазах блеснула гордость. Губы разошлись в улыбке, изо рта вырвался торжествующий хохот.

– Слышишь меня, Род?! – закричал он. – Ты хоть и всемогущий, но ты – проиграл! Люди живут и процветают! Однажды они станут ровней тебе и всем небожителям! Пусть меня хоть всего исклюют твои облезлые вороны, я все равно добился своего!!!

Среди серого неба прогрохотало. Ветром мгновенно нагнало тучи, они превратились в бурлящую чёрную массу. Там зарычало, словно внутри стал просыпаться исполинский зверь.

От нового грохота в небе у Таргитая едва не заложило уши. Он прикрыл их ладонями, чувствуя, как в висках стучит кровь. Из туч ударила огромная молния, осветив всё вокруг ярким светом.

Налетел ветер, дудошник вскинул ладонь, заслонив глаза от травинок и мелких камешков.

Сквозь пальцы увидел, как высоко в небе появился и стал кругами опускаться к земле чёрный, как уголь, ворон величиной со свинью.

Громкое карканье разносится над горными пиками, многократно усиленное эхом, словно там не один ворон, а целая стая.

Громадная чёрная птица пронеслась мимо невра, едва не зацепив крылом. Невр вздрогнул. Размах крыльев, как рука Таргитая от плеча до ногтей. Мощные крылья резко захлопали, бросив крепкое тело ворона вверх. К набедренной повязке велета.

Велет смотрел на птицу с ненавистью, но теперь в глазах лишь презрение, а губы искривились в усмешке.