Онлайн книга Томление

Если бы Жюли была хорошей женой, то таких бы вещей просто не происходило. Мартин нуждался в Сесилии, в ее нежности и заботе.

И она сдалась — когда он прижал ее к себе, она не испытывала ни малейших колебаний.

Он пугал ее своей горячностью. Все тело ее запылало. Он осыпал ее поцелуями, и ее податливость придала ему уверенности: он все целовал и целовал ее губы, лицо и шею. А она пылала как факел, позволяя ему все делать с собой. Она прижалась к нему всем телом, отвечала на его неистовые поцелуи. Ноги ее подкосились.

Сесилия не мучилась угрызениями совести. Для нее происходящее было просто приятным. Мужчина желал ее. Он искал в ней радости и утешения!

Но потом, когда зимним вечером она бежала домой, все казалось ей отвратительным и ненужным.

Однако было слишком поздно изменить что-нибудь.

Господин Мартиниус шел к себе домой. Грех, совершенный им, непомерной тяжестью лег на его плечи. Он был последним негодяем, так думал он, — и теперь он недостоин называться священником, проповедовать народу и наставлять своих прихожан.

Всю ночь он простоял на коленях, погруженный в молитву о помощи, спасении и милосердии Божием.

Мартин был слишком чистосердечным, чтобы умолчать о своем проступке. И когда на следующий день приехала Жюли, то она узнала от него всю правду.

Что она сказала ему, не стоит пересказывать. Она высказала все, что только могла сказать суровая, осуждающая своего мужа Жюли. Затем она заперлась у себя в спальне и наказала своего мужа тем, что два обеда подряд не появлялась к столу.

Наконец она вышла из своей комнаты.

— Мартин, — произнесла она ледяным тоном. — Не стоит ли тебе рассказать о своем грехе в церкви, после воскресной службы?

Он изумленно посмотрел на нее.

— Конечно же, я могу исповедать свой грех. Пусть меня судят прихожане.

Жюли побледнела. Затем она продолжала:

— Я получила указание от Бога. И теперь я буду более снисходительна к тебе. Ничего не произошло, Мартин! Забудем обо всем! Вчера я говорила со своим отцом.

Мартин испугался.

— Но разве ты не понимаешь, что я не могу сейчас занять эту должность? На мне лежит грех, Жюли! И потом, я вовсе не хочу покидать свой приход. Мне всегда здесь нравилось, и я даже подумывал о том, чтобы отказаться от сана священника и стать наравне с остальными прихожанами, занимаясь просто приходскими делами любви и милосердия, тем чем ты так долго занималась.