Онлайн книга Цирк проклятых

– Это обязательно именно так?

– Прошу вас, ma petite!

Я прижалась спиной к стене.

– О’кей, больше я вас не прерываю.

– Отлично.

Он опустился передо мной на колени и провел кончиком пальца по моей щеке, оставив влажную полоску у меня на коже. Высохшая кровь заскрипела под его пальцем. Он наклонился ко мне, будто собираясь поцеловать. Я уперлась руками ему в грудь. Под тонкой рубашкой было твердое и гладкое тело.

Я отпрянула и стукнулась головой о стену.

– А, черт!

Он улыбнулся, и его глаза блеснули синевой в свете факела.

– Доверьтесь мне. – Он придвинулся, его губы нависли над моими. – Я вам не причиню вреда.

Эти слова он шепнул мне в рот легким дуновением.

– Так я и поверила, – сказала я, но тихо и неуверенно.

Его губы коснулись моих, мягко прижались, потом поцелуй сдвинулся от моих губ к щеке. Его губы были мягкими, как шелк, нежными, как лепестки бархатцев, жаркими, как полуденное солнце. Они скользили у меня по коже, пока его рот не оказался над пульсом у меня на шее.

– Жан-Клод!

– Алехандро жил уже тогда, когда империя ацтеков еще никому и не снилась, – шепнул он мне в шею. – Он был здесь, когда пришли испанцы и пало царство ацтеков. Он выжил, когда другие погибли или сошли с ума.

Язык Жан-Клода, горячий и влажный, лизал мою кожу.

– Перестаньте!

Я уперлась ему в грудь. Его сердце билось у меня под руками. Мощный пульс на его горле колотился по моей коже. Я уперлась большим пальцем ему в веко.

– Отодвиньтесь, или я выдавлю вам глаз!

Я часто дышала от страха и хуже того.

Ощущение его прижавшегося к моим рукам тела, касание его губ – какой-то скрытой частью своего существа я хотела этого. Хотела его. Итак, я хочу Мастера, ну и что? Ничего нового.

Его глаз трепетал у меня под пальцем, и я думала, смогу ли я это сделать. Выдавить этот полуночно-синий глаз. Ослепить его.

Его губы ползли по моей коже, я ощутила прикосновение зубов, твердое прикосновение клыков к коже моего горла. И вдруг я поняла: да, смогу.

Он стоял передо мной, глядя на меня сверху вниз, и его глаза были сплошь темными, без белков. Губы отведены от зубов, обнажив поблескивающие клыки. Кожа его была мраморно-белой, светящейся изнутри, и был он по-прежнему красив.

– Алехандро поставил на вас первую метку, ma petite. Мы владеем вами сообща. Не знаю, как это могло быть, но это так. Еще две метки – и вы моя. Еще три метки – и вы принадлежите ему.