Онлайн книга Уха из золотой рыбки

– Ася подруга Насти?"

"– Да, – кивнула Инга Федоровна и удивленно спросила: – Вы ее знаете?

– Нет, – быстро ответила я, – в первый раз слышу об этой девушке. Заберу у вас фото. Скажите, где Малика Юсуповна держит запасные ключи от «Мерседеса»?

Инга Федоровна стала багрово-красной и ничего не ответила.

– Они хранятся вместе с брелоком сигнализации?

Экономка кивнула:

– Да, в гараже, в маленьком ящичке.

– Настя могла их взять?

Снова кивок.

– И она их брала?

Инга Федоровна замерла.

– Она брала ключи? – повторила я вопрос.

– Не знаю, – прошептала экономка.

– А если подумать? Очевидно, запасная связка никому не нужна, висит себе на крючочке, хозяйка не станет проверять, там она или нет, пока свои ключи не потеряет!

– Не знаю.

– Придется у Малики Юсуповны поинтересоваться, – вздохнула я, – может, заметила что-то странное, садясь в машину.

– Пожалуйста, не надо, – взмолилась Инга Федоровна, – меня тут же выгонят с работы!

– Есть за что?

Экономка всхлипнула.

– Вам лучше рассказать мне правду, – сурово сказала я.

Инга Федоровна прошептала:

– Да.

– А как вы об этом узнали?

– У нас садовник моет машины, – забормотала женщина, – пылесосит салон…

– Дальше.

– Он принес сережку, отдал мне, нашел, когда коврики вытряхивал, и подумал, что Малика Юсуповна потеряла. Виктор трудолюбивый мужчина, но глупый. У хозяйки таких дешевых украшений нет. Он решил, будто сережка золотая, с бриллиантами, но это всего лишь имитация, правда, удачная, я купила их Насте на день рождения.

Инга Федоровна замолчала, а потом прошептала:

– Я ей серьгу показала, когда про деньги разговор зашел. Вот как вышло-то! Сначала Виктор мне безделицу отдал, а на следующий день доллары за батареей нашлись. Она, как свои «бриллианты» увидела, сразу убежала.

Глава 22

Я вышла во двор и принялась открытым ртом хватать промозглый воздух. С неба сеялся мелкий, противный дождь, похожий на пыль, было очень сыро, к тому же стемнело, но я, ничего не замечая, побежала к башне из светлого кирпича.

Двери квартир на седьмом этаже выглядели одинаково: дубовые, украшенные латунными табличками. На одной стояло «Козак М. Н.», на другой «Беляева А. С.», на третьей «Профессор Беляев». Я ткнула пальцем в звонок.