Онлайн книга В двух шагах от рая

Корте наклонился и поднял с ковра фотографию, которая, должно быть, выпала из блокнота несколько минут назад. На ней был изображен Гэри — маленький мальчик в синих джинсах и яркой красной курточке. Малыш, широко улыбавшийся в объектив фотокамеры. Снимок был вполне невинным, но вместе с тем носил обличающий характер.

Неудивительно, что Виктора потрясла фотография — ведь он увидел на ней себя. Увидел таким, каким был двадцать восемь лет назад.

4

В гостиной повисла гнетущая тишина, предвещая приближение чего-то ужасного и неотвратимого.

— Это Гэри? — Тон Виктора был зловеще спокойным.

Она вздрогнула, подняла на него глаза и глухо выдавила:

— Да.

Ее руки непроизвольно сжались, а тело сотрясла нервная дрожь, когда она услышала резкий уверенный голос:

— Это ведь мой ребенок! Верно?

Мейбл прерывисто вздохнула. В прошлом она много раз представляла себе эту неизбежную сцену, но все же оказалась неподготовленной к ней.

— Скажи, я прав? — настойчиво повторил Корте.

Потеряв способность говорить, Мейбл лишь растерянно смотрела перед собой. Так и не добившись ответа, Виктор отпустил ее и поднялся с софы.

— Предупреждаю, я все равно выясню правду. Потребую, в конце концов, проведения сравнительного анализа крови. Так что не пытайся лгать мне!

— Гэри твой сын, — не своим голосом выпалила Мейбл.

Все! Сокровенные слова произнесены.

"— Почему же ты ничего не сказала мне? Убежала из Оксфорда даже не попрощавшись, скрыла беременность и столько лет держала меня в неведении, что я отец, что у меня есть сын!

— Послушай, я…

— Побоялась? Но чего? Гнева своей семьи? Ну конечно, не могла смотреть в глаза отцу и всем остальным, потому что ты вынашиваешь жалкого отпрыска корсиканца, носящего фамилию Корте.

— Не смей так говорить о моем сыне! — гневно воскликнула Мейбл.

— Он не только твой, но и мой! А ты захотела, чтобы он рос без отца. Что за дикость, скажите на милость? Эггертоны вновь пожелали скрыть от всех, что одна из представительниц их семьи вступила в порочную связь с мужчиной из рода Корте?

Только тут до Мейбл дошло, как Виктор расценивает мотивы ее поведения. Он приписал ей предубежденность бабушки, которую та испытывала к французам, особенно к корсиканцам.