Онлайн книга Веселый Роджер

Наговорил ей, что люблю-не могу, готов простить и принять. Замуж позвал снова. Сначала она не верила, потом купилась. Обрадовалась! Планы давай строить, как уедет со мной в другой город, где мое летное, и начнет жизнь заново."

"У нее дома все случилось. Вы когда-нибудь трахались, чувствуя, что мутит, тошнота к горлу подкатывает, вот-вот, пара движений – и блеванете? Так я себя чувствовал на Насте, позывы сдерживал, поражаясь, как такая красавица могла оказаться такой подлой дрянью. Но мне надо было это сделать, превозмогая брезгливость.

Грубо все было, быстро. Презерватив ей на живот бросил, сказал пару ласковых… короче, обозвал, посмеялся и ушел. Слышал, как она рыдала вслед, торжествовал, идиот, что отомстил. Не знал тогда еще, что папа ее – контуженный спецназовец, проведший в плену несколько лет. Чудом спасшийся, с сожженной половиной тела и тщетно старающийся приспособиться к жизни на гражданке.

А как проблемы по-женски у нее обнаружились, сука давай врать отцу, что изнасиловали. А на вопрос «кто?» назвала имя последнего кретина, который с ней трахался и который обидел больше всех.

Ну все, Вера уже час там. Хватит, бежать надо. Ничему тебя жизнь не учит, Белов. Встретились, видать, два голубка после долгой разлуки, соскучились. Ненавижу.

Я хватаю сумку с Вериными вещами, – мы же в Сочи собирались, вы помните? – поднимаюсь на этаж, кидаю ее перед входной дверью, и снова бегом в машину. Надежда была, что разминулись и Вера ждет у «Кашкая». Но ничего подобного. Никто меня не ждет.

Руки слегка дрожат, но надо переключиться. Вся моя ненависть к Насте как будто перешла на Веру. Нельзя так, не стану их сравнивать, откаты мне не нужны. Я так долго сражался с триггерами, что легко не сдамся. Больно, но терпимо. Кто сравнивает сердечную боль с физической не в пользу последней – просто никогда не горел заживо. Я горел и знаю цену многому. Переживу.

Надо бороться, возьми себя, блин, в руки!

Отвлечься. Скорее отвлечься. Смотрю в телефон – пять новых сообщений от Арины, общим содержанием, не попутал ли я время.

Прищуриваюсь.

Ну, держись у меня, сестренка. Придушу тебя за то, что сдала меня Кустову. Какого черта он знает, что у меня проблемы касательно физической близости с женщинами? От стыда аж щеки горят, хотя мне это не свойственно. У нас Вера по части покраснеть в любой момент при любых обстоятельствах. Но пока хватит о Вере.