Онлайн книга Во имя любви

В какой-то момент, вынырнув из пучины всепоглощающей радости, Гарри вдруг обнаружил, что лежит на траве поверх возлюбленной, запустившей пальцы в его волосы.

– Нам нужно остановиться, – пробормотал он.

Девушка надула губки и с некоторой досадой ответила:

– Поверить не могу, что в обществе тебя заклеймили как отъявленного ловеласа. Знаешь, я разочарована…

Гарри рассмеялся, приподнимаясь на руках.

– Должен ли я пообещать, что буду вести себя как ловелас лишь наедине с тобой и до тех пор, пока смерть нас не разлучит?

Софи замерла, и озорные искорки в ее глазах мгновенно погасли.

– Что… что ты хочешь этим сказать?

Гарри медлил с ответом. Теперь он ужасно занервничал. Судорожно сглотнув, он пробормотал:

– Я хочу сказать… – Даже несмотря на уверенность в своих чувствах, мужчины в такие моменты обычно запинаются, не в силах подыскать нужные слова.

И тут Гарри вдруг понял, в чем дело. Нависая над Софи подобным образом, он не мог сказать ей о своих намерениях с необходимой в таких случаях торжественностью.

– Сядь, Софи.

Явно озадаченная его просьбой, Софи едва заметно нахмурилась, но все же села, подобрав под себя ноги.

Взяв любимую за руку, Гарри опустился на одно колено и проговорил:"

"– Леди Софи, в тот самый момент, как я впервые вас увидел, я понял, что хочу провести с вами всю свою жизнь. – Молодой человек судорожно сглотнул и заглянул в лучившиеся счастьем глаза девушки.

Горы близ Генуи, начало марта 1828 года

«Черт, черт, черт!..» – мысленно восклицал Кэм. Ведь он прекрасно знал, что невероятно рискует, затевая подобные игры на публике. И вот теперь за это придется расплачиваться.

Как только громогласная дама с лошадиным лицом и в ужасающей шляпке ринулась к ним, герцог отступил от Пен и постарался сделать вид, что едва с ней знаком. Слава Богу, англичанка не появилась в тот момент, когда он хватал Пенелопу за руки.

Кэмден отчаянно старался сохранять дистанцию, но в итоге соблазн оказался слишком велик – особенно теперь, когда он знал, что Пен его хотела…

Мысли о Пен постоянно его терзали. И, что еще хуже, он видел ее во снах, в горячечных непристойных снах, где он брал ее снова и снова всеми мыслимыми способами. Брал как искушенную в таких делах женщину, а не как утонченную леди своего круга.