Онлайн книга Одна тень на двоих

Временные рамы стояли на всех окнах второго этажа, и предстояло еще стеклить отдельный флигелек, где помещались баня, тренажерный зал и маленький бассейн. Стеклить теперь будет нечем. Придется заказывать все снова, ждать, привозить, и вряд ли Тимофей Ильич согласится платить по второму разу.

Это ваши проблемы, и вы сами должны их решать.

Данилову было жалко не столько денег — хотя и их тоже! — сколько усилий, хлопот, многочасовых объяснений с мастерской, которая работала только по каким-то железным стандартам, а их стандарты Данилова не устраивали.

Ничего не было в кучах битого стекла — ни визитных карточек, ни бумажника с адресом, — только островки чужой подсыхающей крови, от запаха которой все внутренности завязывались в узел.

Данилов дополз почти до стены, когда разглядел в осколках что-то желтое, блестевшее не режущим стекольным блеском, а мягким, как будто масляным.

Он посмотрел, стараясь не шевелить ладонями, которые от стеклянной пыли чесались и кое-где кровоточили, и ничего не понял.

Это были мелкие камушки — или крошки от камушков, — прозрачно-золотистые, похожие на янтарь.

Дернуло сквозняком, послышались шаги, Данилов проворно сгреб крошки и сунул в карман. И торопливо выпрямился. На брючных коленях блестела въедливая алмазная пыль.

За Димой тащилась Марта с даниловской дубленкой в обнимку, как будто решив никогда с ней не расставаться.

— Ну что? — спросил Данилов.

— Я не разглядела машину, — сказала Марта расстроенно. — Помню, что темная, и все. Мы же ее только сбоку видели и сзади.

— Ничего не нашли? — поинтересовался проницательный Дима, рассматривая даниловские колени.

Данилов покачал головой.

— Ничего. Марта, ты можешь положить эту дурацкую дубленку.

— Мы оставили тебе кофе, — сообщила Марта, — и от яблока я только один раз откусила.

— Иди и доешь, — распорядился Данилов. — Дима, давайте все сначала. Что нужно искать? Вы же работали в милиции, вы должны знать.

Дима понятия не имел, что нужно искать, но в этом невозможно было признаться. Он ведь и вправду работал в милиции. Целых восемь месяцев.

— Сейчас наши приедут, — сказал он тоскливо, — давайте лучше их подождем.

Данилов кивнул.

Снег летел, и он чувствовал, что должен куда-то бежать и что-то делать там, куда прибежит, но он никогда не знал, куда бежать и что делать.

Ему прислали записку, что он виноват. И дом разгромили потому, что он виноват.