Онлайн книга Воин-Врач IV

— Друзья, с прискорбием сообщаю, что папа римский Александр Второй намедни почил в бозе, ко Вседержителю отошед, — сделав лицо менее задумчивым, но чуть более возвышенным, проговорил Всеслав. Видимо, додумав какую-то важную мысль.

За столами зашумели, выражая одновременно не вполне искреннее сожаление и вполне откровенное опасение. Совсем недавно столп католической веры, наместник Господа на земле, был незыблем и нерушим, пользовался авторитетом и великим уважением даже у императора и базилевса. До тех самых пор, пока не сунулся со своим уставом в дикие земли страшного князя русов.

— Полагаю, в самое ближайшее время появится новый. И, думаю, станет им архидиакон Гильдебранд. И разошлёт он первым делом по землям, вашим в том числе, гонцов с просьбой подать Христа ради на поминки и на укрепление величия Святого Престола. Никому из вас препятствовать вашим народам в том, чтобы пожертвовать на богоугодное дело, я советовать не стану. Вы — полновластные хозяева своих земель, вам и решения принимать, — лицо Всеслава было равнодушным совершенно.

— Если решат верные католики поделиться последними медяками — честь им и хвала. Наверняка начнут грозно требовать посланцы делиться казной не только у своих монастырей и соборов, но и у ваших городов, к вам самим придут. Тут тоже ничего советовать не стану. Кроме того, чтоб подумать хорошо, прежде чем решения принимать. Хотя, может, и не понадобится ничего принимать, коли вы решите на свадьбу Романа приехать.

И на лицах гостей саммита появились понимающие, сообразные моменту, грустные улыбки. Мол, по почившему скорбим безмерно, конечно. Господа за него молить станем беспрестанно. А что по первому требованию не сможем золота отгрузить — так в отъезде мы. Не отвечает абонент, или временно не доступен. Но ваш звонок, безусловно, очень важен для нас.

А от Гильдебранда, которого, как сообщили оперативные службы, практически на следующий день после того, как сложили отмытого наконец-то Ансельмо во мраморную раку в Латеранской базилике, избрали по единогласному решению кардиналов и народа новым папой, пришли вести незадолго до свадьбы. Тот, кого именовали теперь Григорием Седьмым, прислал длинное, развёрнутое послание, удивившее Ставку, которой его вслух зачитывал лично патриарх.