Онлайн книга Все ведьмы – рыжие

Мгновенно оказалась на земле, и Князь повел дальше, продолжая насвистывать. А я оглядывалась, чувствуя, как все внутри дрожит с перепугу и от осознания происходящего. На какой-то миг подумалось – а может, ничего этого нет, может, я просто напилась, вот и привиделось?! И кстати, вот я не совсем поняла:

– Стужев, ты правда внук Кощея?

– В первую очередь я это я, – мрачно сообщил… непонятно кто. – А уже в третью, четвертую и пятую родственник знаменитого Кощея. Марго, не будь снобом, мои предки для меня только предки, и меня добивает это благоговейное «внук Кощея».

Надо же, таки с самомнением сложности.

– Стужев, – я споткнулась, и камешек, слетев с дорожки, помчался навстречу огненным объятиям, – это было не благоговейное «внук Кощея».

– А какое? – хмуро спросил он.

– Офигевшее! – честно призналась я.

Остановился, повернулся, внимательно посмотрел на меня и спокойно спросил:

– Марго, какая тебе разница, кто я?

У меня в который раз слова закончились! Одни жесты – на него, гада, на ад, в котором мы находимся, на меня и мои испоганенные волосы, снова на него, на…

– Истерить прекращай, – благожелательно посоветовал Князь, – и вообще расслабься.

После этого у меня слова появились.

– Ты же сам сказал, что все плохо!

– Не спорю, – он улыбнулся, – так все уже плохо, Маргош, какой теперь смысл нервничать?

– Да я в аду, Стужев! – заорала я.

На это у меня с улыбкой поинтересовались:

– Хочешь остаться?

Оглянулась и мрачно сказала:

– Пошли отсюда, – а потом почему-то добавила: – Скелетон аристократический.

Скелетон оскорбился и рывком приблизился ко мне. В следующее мгновение я повисла на плече Стужева, и далекая от костлявой рученция со звонким шлепком опустилась на…

– Я предупреждал, – произнес Стужев, награждая вторым шлепком, – неоднократно.

И шлепнул в третий раз.

А потом просто взял и прыгнул… вниз. К лаве! За счет чего остался без карательного воздаяния… временно.

Летели мы вниз в огненный ужас, а оказались на темной дороге среди черных домов.

Князь ворвался в служебное явно помещение, где сновали черти в строгих деловых костюмах, пролетел по коридору, свернул к ярко-алой двери и, открыв, втолкнул меня первой.