Онлайн книга Заноза для хирурга (СИ)

Прикрыв за собой дверь, делаю пару неуверенных шагов вперёд.

— Никита Сергеевич, вы заняты, я…

— Ты издеваешься? — он тут же встаёт из-за стола и, подойдя к двери, поворачивает торчащий из замка ключ, а потом, обернувшись, внезапно подхватывает меня на руки, чуть не заставив взвизгнуть, и падает вместе со мной на диван.

— Это какой-то изощрённый вид пытки, — шепчет мне. — Раньше я просто на тебя смотрел, и всё было вполне терпимо. А теперь, когда ты уже моя…

— Чего это я твоя? — слегка возмущаюсь, но так же тихо.

— Ты сама мне говорила, — он легко касается моих губ.

— Когда и где?

— Вон там, — машет головой в сторону стены, — вчера.

Смутно вспоминаю, что действительно что-то такое лепетала, но…

— Я была в состоянии аффекта, — сдаваться не собираюсь.

— Ну, значит, придётся опять тебя до него довести, — прижимается губами к ямочке между ключиц, и мне сразу становится тяжело дышать.

— Я вообще-то по делу пришла, — пытаюсь отстраниться.

— Отлично. Докладывайте, какое у вас дело, старший ординатор, — он стягивает ворот рубашки на сторону, обнажая плечо, и прокладывает к нему дорожку поцелуев.

Запускаю пальцы ему в волосы, потому что… дело? Какое дело?

— М-м, я… мы… собирались поужинать, — выговариваю с трудом, потому что чьи-то руки уже пробрались под одежду и даже под бельё, и теперь поглаживают и сжимают грудь.

— Мой ужин уже тут, — одна рука ныряет мне за пояс штанов, и я ахаю, не сдержавшись.

— Никита! Ну не здесь же…

— Почему нет? — он улыбается, а его пальцы находят какую-то такую точку, что мне вдруг становится на всё плевать, и я сама склоняюсь к его губам.

— Ты сумасшедший!

— Не отрицаю, — отвечает сдавленно и с силой прижимается ко мне, заставив приглушённо застонать, — я сошёл с ума! От тебя!

Нас обоих охватывает такое нетерпение, что мы даже толком не раздеваемся. Я так и остаюсь сверху на нём, но это не мешает ему двигаться. Вот только когда я чувствую, что до пика остаётся совсем чуть-чуть, мужчина вдруг замирает, крепко прижав меня к себе.

— Скажи, что моя!

— О, боже, Никита, ну пожалуйста! — я на грани и даже почти не слышу, что он от меня хочет.

— Скажи! Что! Моя! — он тоже явно с трудом сдерживается, но продолжает крепко держать за талию и бёдра, не давая пошевелиться.

— Твоя, — выдыхаю, и это окончательно срывает нам обоим крышу.

Приходится прикусить руку, чтобы сдержать стон. Я тяжело оседаю на его коленях, прижимаясь головой к его плечу.