Онлайн книга Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

И пригласили его на космодром больше из этого уважения, чем из необходимости: математикам у рассчитанных ими ракет делать было нечего.

Обошли пусковой стол номер один.

Прохор то и дело ловил на себе взгляды бригадира наладчиков и всё никак не мог найти вариант действия, позволявшего ему избежать прямого контакта с Охотником, вселившимся в личность Шепотинника. Решение пришло неожиданно, когда один из членов группы, технолог Центра Почиковский, пожаловался на резь в животе.

— Съел, наверно, что-то, — признался он виновато, кривя гладкое, без единой морщинки лицо, — в самолёте.

— И меня мутит, — подхватил Прохор, прижимая руку к животу. — Неужели траванулись самолётной кухней? Вы что ели?

— Рыбу…

— И я тоже!

— Чёрт, не вовремя, — поморщился завлаб из «Осколково», профессор Чудинов, он же — непосредственный начальник Прохора. — Нам через час предстоит беседа с конструкторами ракеты.

Прохор постарался сделать лицо мученика.

— Болит, зараза!

— Не хватало приступа на ПУ, — проворчал главный энергетик группы.

— Ладно, сейчас вызову местных эскулапов, — вздохнул Чудинов.

Почиковского и Прохора оставили в гостинице Плесецка на попечение штатного врача комплекса, и группа снова отправилась на космодром.

Больных препроводили в амбулаторную комнату гостиницы.

Поскольку Почиковский не симулировал недомогание, врач по подсказке Прохора занялся сначала им. Сам же Прохор сделал вид, что изучает схему космодрома, выданную ноутом нового поколения, с объёмным экраном и виртуальной клавиатурой.

Разумеется, историю Плесецка он знал, так как специально готовился к поездке. Ему и в самом деле было интересно взглянуть на третий по величине и пропускной способности российский космопорт, после Байконура и «Восточного», запустившего первые корабли ещё в две тысячи шестнадцатом году. Но Плесецк отличался от них тем, что запускал в космос, во-первых, лёгкие ракеты со спутниками разных модификаций, а во-вторых, имел специальные пусковые установки для экспериментальных аппаратов, в том числе военного назначения.

"С него стартовали и многократно проверенные «Рокоты», и «Циклоны», и «Союзы», и недавно проявившие себя модули многоразового использования под названием «Гиперборей». В 2030 году Россия продолжала лидировать по количеству космических запусков и самостоятельно создала марсианский корабль «Русь-Арес», совершивший полёт в 2025 году.