Онлайн книга Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Следующую остановку сделали в мире, сформированном сакральными базовыми свойствами девяти девяток.

Эннеада — цифра девять у земных эзотериков и философов характеризовала исключительно высокие законы гармонии в проявленном мире. Пифагорейцы вообще называли эннеаду безграничным и одновременно ограниченным числом. Безграничным — потому что за цифрой 9 нет других цифр, кроме «бесконечного» числа 10. Ограниченным — потому что девятка собирает внутри себя все цифры.

При этом эннеада ассоциируется с ошибками и недостатками, так как ей не хватает до совершенного числа 10 одной единицы.

В мирах, сформированных повторяющимися цифрами, свойства этих цифр умножаются, хотя и не в геометрической прогрессии. Тем не менее в мире девяти девяток, несмотря на их гармоничность и полноту, должна была проявляться и негативная их суть — ограниченность. Однако оценить негатив гости, «высадившиеся» в голове местного Прохора (здесь его звали Па-а-Пра-аром), за мгновения своего пребывания в мире-999999999 не могли. Для понимания его процессов и законов надо было прожить в голове Па-а-Пра-ара какое-то время, чтобы можно было полистать его память и воспринять все его проблемы.

Внешне мир девяти эннеад вообще не походил на мир Земли двадцать первого века.

Девятидевяточный Прохор сидел (а может, стоял) на странном льду странного озера, края которого поднимались вверх, от чего казалось, что озеро находится внутри гигантского бокала, представляющего замёрзший кратер местного вулкана. Хотя, возможно, это был и не вулкан, а соляная пустошь, покрытая холмами белой кристаллической соли.

"Холмы были разной формы — высокие и крохотные, настоящие «пирамиды Хеопса» и круглые купола. Но главное — они всё время меняли положение и формы, а маленькие, похожие на столбики или на изваяния неведомых скульпторов, вообще «бегали» вокруг больших, то уходя в соль, то возникая из неё, как тушканчики из нор в земле. Некоторые из них и в самом деле походили на тушканчиков, замирая перед местным Прохором, когда он делал шаг, стремительно уменьшаясь в росте, как бы углубляясь «в норы», и убегали под слоем соли, оставляя в ней взрыхлённые борозды, чтобы выскочить из неё вдали.

Появлялись и более сложные фигуры, карикатурно напоминающие скелеты из соли, но и они тоже долго не останавливались на одном месте, то уходили в соль, «рыли» в её глубине тоннель, что напоминало возникновение борозды, и вставали во весь рост у других холмов.