Онлайн книга Билет на Лысую гору

Или на листьях эвкалипта. Пишешь и ощущаешь благоухание! – дразня его, сказала Даф.

– Береста – это кожа берез. Если так, то я предпочитаю хорошо освежеванную крысу, – проговорил Мефодий и наклонился, делая вид, что хочет вцепиться зубами в крысиную шкуру."

"Дафна испуганно отшатнулась. Депресняк, случайно задремавший у нее на плече, свалился в винный фонтан и, выскочив из него, липкий, противный, стал носиться по приемной, опрокидывая все, что можно было опрокинуть в теории и на практике.

Услышав шум, Ната, Чимоданов и Евгеша Мошкин спустились вниз.

…Часа через два прибыла Улита. Одна. Она была бледной, уставшей. Выглядела скверно. Ее полное, обычно румяное и упругое лицо походило на шар со вчерашнего праздника, который уже начал спускать воздух. Под глазами залегли синие тени. Едва телепортировав, она поднялась в каминный зал, подошла к креслу и рухнула в него без сил.

Даф молча толкнула Мефодия локтем.

– Арей! – шепнула она. – Почему она одна?

– Вижу, – отвечал Мефодий.

У него хватало ума не лезть с расспросами.

Любопытный Чимоданов несколько раз обежал вокруг кресла, пытаясь обратить на себя ее внимание.

– Кгхм! Как съездили? Где отчетик для коллектива? Представишь?

Улита подняла голову и посмотрела на него пустым взглядом. Казалось, она вообще смутно понимает, кто перед ней.

– Что-нибудь пакостное, а? Подчеркиваю: я ведь теперь тоже страж, а? – продолжал Петруччо.

Из-под его тонкого свитера выглядывали болтающиеся ноги Зудуки. Несмотря на свою склонность устраивать пакости, монстр боялся оставаться один.

Темноты он, кстати, тоже боялся и ночевал с Чимодановым в одной кровати. Это давало Нате повод заявлять, что демонический Петруччо спит с плюшевым зайцем.

– Так где Арей? Чего ты вся такая дохлая?

– Исчезни! Я встану – ты ляжешь! – сказала Улита сквозь зубы.

Упорный Чимоданов не отставал. Тогда Улита действительно встала. А Чимоданов действительно лег, отброшенный неведомой силой на несколько метров. Ведьма при этом – Мефодий и Даф готовы были поклясться – не шевельнула даже пальцем.

Расправившись с Чимодановым, Улита тяжело приблизилась к зеркалу и посмотрела на себя. То, что она увидела, стало последней каплей. Ведьма снова упала в кресло и разрыдалась – судорожно, с подвываниями и всхлипами.