Онлайн книга Бывшие, или У любви другие планы

Сам по себе кабинет был обычным — коричневые панели, высокие шкафы полные книг, тяжелые тёмные шторы, мягкая группа у окна, камин над котором висело два портрета — деда и короля Геретта Третьего. Отцовское рабочее место — массивный стол, высокое кресло и сам отец — худой, жилистый и темноволосый с колючим взглядом карих глаз, которые били больнее слов.

— Селина Энн Маргарет, — голос Честея Торнтона тих и спокоен, но я всё равно втянула голову в плечи и напряглась, не в силах поднять взгляда. — Ты заставила себя ждать.

В отцовских глазах это было преступление сравнимое с убийством. Время — деньги и тратить его глупо.

— Я прошу прощение, милорд, — прошептала, еще ниже склонив голову, изучая узор на ковре под моими ногами.

Великие, я до сих пор помнила этот узор, каждый завиток.

С рождения нам внушили, что обращаться к отцу стоит лишь «милорд» и никак иначе. Уважение, послушание и смирение. Я благодарила Великих, что родилась девочкой и не заслужила внимания своего деспотичного родителя. Для него я была лишь средством для получения необходимого, товар, который можно было продать подороже.

Всё внимание лорда Торнтона была обращено на брата, все силы и способности. Надо сказать ему удалось вырастить достойного приемника — такого же холодного мерзавца, пекущегося о себе и собственной выгоде. Когда Франк, вздыхая и впадая в меланхоличное настроение, тихо сетовал, что когда-то еще до моего рождения милорд Леонард был совсем другим, я ему верила.

— Ты же знаешь, как я не люблю, когда мои приказы не выполняются.

Он не повысил голоса, даже тональность не изменилась, но я напряглась еще больше, будто ожидая удара. Память услужливо подсунула сцена десятилетий давности и боль от розги, которая вновь и вновь опускалась на тело.

Я скорее почувствовала, как задержала дыхание матушка, и попыталась заставить себя успокоиться. Сейчас я не в его власти. Жена герцога Архольда, та, которую наказать он уже не смеет.

— Она уже здесь, — неожиданно подал голос Леонард, вновь взял меня за руку и усадил на диван.

И эта неожиданная поддержка, едва уловимая, выдернула меня из пучины страха. Я мысленно поблагодарила Богов, что всем занимался Лео. Старший братец, конечно, тот еще мерзавец, но кое- что человеческое в нём осталось. И отца он не боялся, скорее тот стал опасаться за свою шкуру, поняв кого вырастил на свою голову.