Онлайн книга Человек с топором

Мрак пошел слева, привык принимать удар на себя, подставляя щит и замахиваясь в ответ секирой, но держался раскованно, жестикулировал, точно скопировав чудаков, что вот в таких местах ищут уединение и красоты природы.

Домик приближался, чистый, светлый, хрустальный, чуть ли не по Чернышевскому, но Олегу вовсе не хотелось прятаться по совету Достоевского в грязный подвал и швырять оттуда булыжники в это хрустальное чудо. Он чувствовал умиление и тихую светлую радость, будто превратился в монаха, которому явилась Богородица.

Мрак шел рядом такой же тихий и радостный. Олег поспешно пробежался по всему организму, нет ли гипноза, чересчур уж рассопливился, но все в норме. Значит, чувство умиления и восторга естественны, как у эстета, который развешивает ухи в картинной галерее или на симфоническом концерте.

Слева пошла кромка озера. В удивительно прозрачной воде плавают толстые рыбы, ярко расцвеченные, сонные, мудрые. Внезапно дыхание в горле перехватило. Если на экране эти люди казались мудрыми и понимающими, то сейчас, вживую, не ощутит ли себя, будто его подвесили, как кабана с содранной шкурой, над горящими углями?

Они все замедляли шаг.

Мрак вдруг сказал:

– Погоди…

Олег тут же с готовностью остановился:

– Что?

Услышал в своем голосе трусливую готовность отступить, попятиться, возненавидел себя за эту двойственность, снова сделал шаг, но Мрак сказал в спину:

– Давай подождем.

– Чего?

– Пока… выйдет.

– А что это даст?

Но сам ощутил, что намного легче общаться в более привычном: на природе, возле озера, даже деревья здесь… или почти деревья, а в помещении мебель вырастает прямо из стен, там вся эта масса чужого, дикого.

– Можем посидеть на виду, – предложил Мрак. – Сядем на бережку и будем бросать в воду камешки. Они здесь не бросают? Тогда просто будем созерцеть. Созерцанить… тьфу, созерцастить спокойную воду.

– Созерцать, – поправил Олег, не замечая простейшей ловушки. – Ладно… вообще-то ты прав. Намного меньше шансов влипнуть. А эти лабуняне должны быть склонны к созерцанию, наблюдению.

– Ну еще бы, – сказал Мрак. – Умные, значитца.

– Вот-вот.

Неспешно, незримо прокручивая в голове картинки с изображением лабунян, как те двигаются, жестикулируют, они сели на берегу озера, чтобы их хорошо видели из дома, погрузились в созерцастие.