Онлайн книга Что в имени тебе моем...

Он принял равнодушный вид и проговорил:

— Что ж, посмотрим.

Злой пристально взглянул на него, однако тот был непроницаем.

— А ты растешь, мальчик. Мы с тобой будем творить великие дела, — и похлопал его по плечу.

Дагон чуть не сорвался, но все же смог взять себя в руки и криво улыбнуться в ответ. А сам твердил про себя:

— Никогда больше! Никогда! Никогда!

Михель счел, что достаточно подпитался чувствами темного и пошел слоняться по дворцу дальше, а Дагон метнулся на воздух. Ему надо было отдышаться. Но вид строящегося в центре дворцового двора эшафота чуть не добил его окончательно.

* * *Янсиль с утра упросила Фицко пойти послушать, что говорят во дворце. Когда тот на ее глазах превратился в тощего пестрого кота, принцесса присела на диванчик и задохнулась от хохота.

— И что смешного? — спросил кот человеческим голосом.

— Уффф! Ничего, — проговорила сквозь смех девушка, — Просто не представляла себе, что можно, будучи котом, так походить на человека!

— Вот еще, Когда я жил на кухне в царском дворце Фивера, никто меня с человеком не путал!

— Они просто не замечали, какой у тебя умный вид!

— Да… Что ты говоришь… — кот расцвел несмелой улыбкой.

Но тут Стор почувствовал себя незаслуженно обойденным любовью и лаской, и тоже решил порадовать принцессу превращением. На диване вместо него вдруг возникла огромная серо-бурая бородавчатая жаба. Жаба проквакала:

— А я обычно принимал этот образ, когда жил под дворцовой башней. Правда же, я красивый?

Не то, чтобы принцесса Янсиль совсем уж не любила земноводных, или не считала их красивыми.

— Ээээ… Стор, послушай, не обижайся. Ты очень симпатичный. Даже красивый, я еще никогда не видела таких красивых жаб!

— Что, правда? — Стору очень хотелось верить.

— Правда, — сказала Янсиль, беря жабу на руки, — Я даже тебя поцелую, чтобы ты поверил.

Все. Отныне сердце Стора принадлежало принцессе навеки.

— Спасибо… — благоговейно прошептал он, когда девушка прикоснулась губами к его бородавчатой голове, — Я твой слуга на всю жизнь.

Настала очередь кота страдать. Но, видя его унылую, опущенную долу несчастную физиономию, эти поникшие усы и ушки, принцесса не выдержала:

— Фицко, котик мой, иди, я и тебя поцелую!"

"Кот примчался тут же, громко мурча и выпрашивая ласку:

— Девочка, ты так добра, мы твои оба.