Онлайн книга Покер с акулой

Камера переехала с Сашиного лица на мордочку худенькой остроносой девчонки. Белокурые волосы выкрашены прядками – зелеными, желтыми, розовыми. На щеках – свекольный румянец, глаз не видно за нагуталиненными ресницами. А уж одежда! Полное ощущение, что дама натянула в качестве платья гигантский презерватив.

– Давай, Танюшка, – велел Золотой.

Митепаш ухватила микрофон и запела. Черт возьми, у нее оказался великолепный голос, сильное, грудное контральто, ничего общего с пришептыванием Кристины Орбакайте. Мощный, чистый звук.

Наступая на разбросанные повсюду книги, я рванулась к телефону. Из трубки долго доносились гудки, потом сонный голос пробубнил:

– Чего надо?

– Ваш телефон мне дал Федор Бурлевский.

– Слушаю, – моментально пришел в себя собеседник, – очень внимательно слушаю.

– Я – секретарь господина Бурлевского и хотела бы обсудить кое-какие вопросы с Сашей Золотым.

– Приезжайте к восьми вечера, сможете?

– Постараюсь, только дайте адрес.

– Николаевский проезд, дом 18, – пояснил густой, сочный голос без всякой хрипотцы, – только, пожалуйста, не опаздывайте, в одиннадцать у нас выступление в клубе.

– Лечу! – выкрикнула я и опрометью кинулась к выходу.

По дороге я распахнула дверь спальни Валентины и, отметив, что гостья вновь лежит в кровати, обложившись шоколадками, книгами и апельсинами, крикнула:

– Тина, пойди в комнату к Кате и сложи книги!

– Ладно, – пробубнила та, потягиваясь, – попозже.

– Нет, – настаивала я, влезая в куртку, – сейчас!

– Где Катя? – поинтересовалась лентяйка, продолжая жевать.

– На дежурстве, вернется завтра.

– А ребята?

– Сережа с Юлей ушли в гости, Кирюшка вместе с ними, до полуночи гулять собрались, смотри, прибегу часа через два и проверю, как ты управилась, – пригрозила я, выскакивая на лестничную клетку, – проваляешься в кровати, плохо тебе придется.

– Хорошо, хорошо, – безнадежно сказала Тина, откладывая очередной любовный роман, – поняла, сейчас, через секунду!

Вот ведь лежебока! Лифта дожидаться мне показалось недосуг, ноги сами побежали по лестнице.

Дом в Николаевском был исписан со всех сторон признаниями поклонниц.