Онлайн книга Покер с акулой

Люба широко улыбнулась:

– Ты можешь помочь!

– Да как?

Выяснилось, что объект девичьей любви, Олег Яковлевич Писемский, стрижется у Максима.

– Ты позвонишь мне и скажешь, когда сей господин запланирует стрижку, – щебетала Люба. – Ксюта приедет заранее и посидит в подсобке. У тебя же черный ход есть на другую улицу, так?

– Так, – подтвердил Макс, не понимая, куда гнет Люба.

– Ну, когда ему волосы феном укладывать начнешь, – пояснила Торопова, – скажешь Ксюше, она и выйдет во двор.

– Зачем? – не врубался Максим.

– А остальное тебя не касается, – отмахнулась Торопова, – главное, дай знать, когда дело к концу пойдет. Мы уже придумали, как их невзначай столкнуть.

Максим не усмотрел в просьбе ничего криминального. Ну хочет девчонка познакомиться с Писемским, что же тут плохого? Олег Яковлевич не женат, вдруг это судьба?

Через неделю задуманный план привели в действие. Олег Яковлевич преспокойненько стригся, не подозревая, что в подсобке тише мышки притаилась Ксюша. Когда дело дошло до укладки, Макс пробормотал:

– Извините, щеточку забыл.

Потом он заглянул в заднюю комнату и сказал:

– Все, минут через десять отпущу.

Ксюша согласно кивнула и змейкой юркнула во двор. Отправив Олега Яковлевича, Максим встал у окна и закурил. Дальнейшее разыгрывалось у него на глазах. Мастер увидел, как машина Писемского плавно тронулась с места и тут же наперерез ей вылетела из-за угла Ксюша. Взмахнув руками, девчонка рухнула под колеса.

Олег Яковлевич выскочил на проезжую часть и склонился над «потерпевшей».

С того дня Люба больше не появлялась в парикмахерской, и Максиму было не у кого узнать, увенчалась ли затея успехом. Писемский продолжал регулярно приходить, но он никогда не откровенничал с мастером, ограничиваясь беседами о погоде или курсе доллара. Поинтересоваться у мужчины, женат ли он, Максим постеснялся. Но любопытство – страшная вещь, поэтому парень не удержался, увидев сегодня снимок Ксюши.

– Вы знаете адрес Тороповой?

– Где-то был, – пробормотал мастер и полез в растрепанную телефонную книжку.

Пару минут он перебирал рассыпающиеся странички и наконец сообщил:

– Подлиповый переулок, девять.

Я натянула на чуть влажные волосы шапочку и пошла к метро. Холодный, пронизывающий декабрьский ветер задувал под куртку. Под ногами простирался сплошной лед, хоть коньки надевай.