Онлайн книга Девственница

Вцепившись в мужские плечи, задыхаюсь в потоке неизъяснимого блаженства, в то время как Тагир продолжает сводить с ума умелыми ласками, все сильнее вжимаясь в меня. Давая почувствовать насколько возбужден. Твердая выпуклость, немного пугает, но в то же время, так и манит. Подаюсь ближе, прижимаюсь теснее, чувствуя, как горячие волны растекаются по бедрам. Хочется потереться, как кошке. Делаю это, ощущая, как желание вспыхивает еще сильнее.

Хочу, чтобы он взял меня. Здесь. Сейчас.

Внезапно улавливаю некое движение в противоположном углу комнаты — огромное зеркало шкафа отражает происходящее.

От этого зрелища еще сильнее замирает, а затем пускается бешеным галопом сердце. Наши взгляды встречаются в зеркале и какое-то мгновение не отпускают друг друга.

— Нравится, что видишь? — низким голосом спрашивает Тагир. Под прицелом устремленных в зеркало взглядов, нежно гладит, а затем стискивает мои груди, заставив выгнуться и издать стон. Большой палец пробегает по напрягшемуся соску. Прикосновение, словно молния, пронзает тело, дыхание перехватывает.

Он обхватывает пальцами мое лицо, разворачивает к себе. У основания загорелого горла бешено пульсирует жилка. Почему-то именно это еще сильнее возбуждает меня.

— Хочу тебя, — начинает скользить другой рукой по ноге, выше к ягодицам, на внутреннюю поверхность. Прикосновение кажется обжигающе горячим, когда пальцы уверенно ныряют под трусики, накрывая лоно, а затем погружаясь глубже.

Тяжело дышу в раскрытые губы Тагира, когда он отыскивает особую точку, надавливает, начинает гладить, заставляя корчиться от блаженства.



— Тебе нравится, как я тебя трогаю, детка? Или мне перестать?

Рука Тагира замирает, подаюсь к ней, показывая, что он мне нужен.

— Мне нужен ответ.

— Да.

— А точнее?

— Нравится, — шепчу, снова подаваясь вперед."

"— Здесь? — новый нажим выбивает воздух из моих легких. — Тебе нравится, когда я трогаю тебя тут?

— Да, — отвечаю с полустоном.

Его пальцы скользят чуть ниже, разделяя складки плоти, проникая в меня. Тянущая боль меж бедер становится острой, и единственное, что может ее унять — новое прикосновение к заветной точке.