Онлайн книга Девушка с синими гортензиями

Хозяйка была очень мила, ее муж смахивал на брюзгу, но явно души в жене не чаял. И актриса она была хорошая, как ему сказал Филипп Гренье, который ходил на многие ее спектакли. Роли у нее были приятные, и играла она увлеченно, с огоньком.

– Теперь на вокзал и обратно в Париж? – спросил Видаль, когда они с «секретаршей мадемуазель Алис» вышли из дома Алена Жерфо.

– Именно так, – ответила баронесса.

Они сели в купе первого класса, и Амалия, достав блокнот, написала на первой странице, где был список всех пассажиров и матросов «Любимой»: «Восемнадцатый».

– А мы-то думали, что все знаем… – усмехнулся журналист. – Двое хозяев, восемь членов экипажа, пять гостей и двое слуг, итого семнадцать. И вдруг появился загадочный восемнадцатый… – Видаль поколебался. – Как по-вашему, он мог участвовать в убийстве? Если верить Жерфо, первое, что предположила Лантельм, – что это любовница мужа, которая хочет сжить ее со свету.

Амалия закрыла блокнот.

– Помню, когда я была маленькая, – задумчиво заговорила она, – отец повел меня в театр. А поскольку дети не видят разницы между представлением и реальностью, я воспринимала все происходящее на сцене всерьез и очень переживала. Тогда-то отец наклонился ко мне и сказал, что актерам верить нельзя. Ни-ког-да! – с расстановкой проговорила баронесса, и в ее глазах зажглись золотые звезды.

– Но если сама жертва сказала…"

"– О, прошу вас, Пьер! То, что она сказала мужу, в данном случае совершенно несущественно. Самое главное для нас то, что, услышав об этом восемнадцатом, мадемуазель Лантельм не испугалась и не удивилась, как сделала бы на ее месте любая женщина, а тотчас же выдвинула свою версию. Довольно абсурдную версию, надо сказать, но которая тем не менее позволила ей загнать Рейнольдса в угол и отвлечь внимание от главного.

– Постойте-постойте! – вскинулся Видаль.

– Да. Особенно если вспомнить, что в ее каюте стоял большой шкаф. Тот самый, в который потом сумел спрятаться немецкий репортер, если помните.

– Вы хотите сказать, что она прятала в шкафу любовника? – Видаль вытаращил глаза. – На яхте мужа, который к тому же находился за стенкой? Черт побери!

– Пока ничто этому не противоречит, – отозвалась восхитительная баронесса Корф.