Онлайн книга Добрый убийца

Не было бы Соньки, другая бы подвернулась. Девок на свете — пруд пруди.

— Жену не я бросил, а она меня. Сама к Суворову ушла, — возразил Ерожин.

— Ты, Петро, дурилкой-то не прикидывайся. Ты не бросил, но все сделал, чтобы твоя Наталья сбежала. Везет тебе на хороших людей, вот Суворов и подвернулся. Сына твоего вырастил.

— Это правда, — согласился Ерожин, опорожняя чашечку.

— Конечно, правда. Зачем старику врать?

В Москве ты болтался, как говно в проруби.

Я, когда ты на Надьку глаз положил, очень был недоволен.

И не мешал.

— Я Надю по-настоящему люблю. Когда она исчезла после Фатимы, думал, жить не смогу, — вспомнил Петр Григорьевич. — Да и сейчас, как увидел ее в больнице — бледненькую, всю в слезах, — руку бы себе отрезал, если бы помогло.

— Ты бы, Петро, лучше хер свой отрезал… Люблю… Если любишь, зачем на первую встречную шлюху лезешь? Что, тебе шестнадцать? Поговорил бы ты с женой по телефону ласково, она бы не намылилась в Самару.

— Надя этого не поняла, — вздохнул Петр Григорьевич.

— Может, этого и не поняла, но сердечко ее что-то почувствовало.

— Виноват, Иван Григорьевич, — согласился Ерожин.

— «Виноват». Тоже мне ребеночек. Ладно, прошлого не изменишь. Молись, чтобы Надька из больницы здоровенькой вышла. А теперь давай спать.

— После твоего напитка двое суток не уснешь, — сказал Петр и посмотрел на часы. — Девятый час уже. Поеду к Боброву на Петровку. Пора полковнику объяснить, что к чему.

— Валяй, если не спится. А я после кофе как убитый отключаюсь. Стоит голову на подушку положить, — признался Иван Григорьевич.

Ерожин надел куртку и, не прощаясь, двинул из генеральской квартиры. В дверях остановился, посмотрел в глаза генерала и вышел.

Усаживаясь в машину, снова вспомнил жену. Вспомнил, какая тоска была в ее взгляде, когда она его увидела. Надя всегда так радовалась их встречам, а тут только загрустила. Почему Ерожин не поехал к Аксеновым, а пришел к Грыжину?

Возле палаты собралась вся Надина семья.

Даже Кроткий после больницы поехал с Верой ночевать на Фрунзенскую. Петру Григорьевичу было стыдно оставаться с Аксеновыми, и он отказался.

Машин в городе оказалось не так много, как обычно в это утреннее время. Через пять минут Ерожин свернул к управлению.

Бобров проводил свое утреннее совещание.

Выглядел Никита Васильевич бледным и усталым. Ерожин понял, что и полковник ночью не спал.

— Здравствуй, Ерожин.