Онлайн книга Двойные стандарты

К столику подошел пожилой мужчина и поприветствовал Ника дружеским похлопыванием по плечу.

– Рад видеть тебя снова, друг мой, – добавил он и вручил им огромные, переплетенные в кожу папки с меню.

– Мы закажем твое фирменное блюдо, Тони, – сказал Ник и добавил, заметив вопросительный взгляд Лорен. – Их фирменное блюдо – сэндвичи по-французски. Не возражаете?

Поскольку Лорен вызвалась оплатить его обед, она решила, что он спрашивает разрешения заказать нечто подороже, чем простой сэндвич.

– Прошу вас, заказывайте, что хотите, – любезно заявила она.

"– Как, по-вашему, вам понравится жить в Детройте? – спросил Ник, когда Тони удалился. – Должно быть, это очень непросто для девушки из маленького городка в Миссури!

Для девушки из маленького городка? Лорен была озадачена. Совсем не такое впечатление она обычно производила на людей!

– На самом деле мы жили в пригороде Чикаго, пока мама не умерла. Мне тогда было двенадцать.

Ник оставался невозмутим.

– Вы были единственным ребенком?

– Да, но когда мне было тринадцать, папа женился снова. И я получила мачеху, а с ней еще и сводную сестру, двумя годами старше, и сводного брата, который был старше меня на год.

Должно быть, Ник услышал в ее голосе неприязнь, когда она упомянула сводного брата, потому что спросил:

– Я думал, маленьким девочкам всегда хочется иметь старшего брата.

Она не смогла не улыбнуться, отчего ее веселое лицо оживилось еще больше.

– Конечно, я хотела, чтобы у меня был старший брат. Но, к сожалению, в то время Ленни был ужасным типом. Мы с ним невзлюбили друг друга с первого взгляда. Он дразнил меня просто беспощадно, дергал за косы и воровал деньги. В отместку я пустила в городе слух, будто он гей – однако никто не поверил, потому что братец не пропускал мимо ни одной юбки.

Ник тихо рассмеялся, и Лорен заметила, что в уголках его глаз собираются морщинки, когда он смеется или просто улыбается. Эти глаза цвета серебра необычно контрастировали с золотистым тоном загорелого лица. Под темным разлетом бровей, в окружении густых ресниц они светились острым умом и весельем, в то время как твердая линия губ наводила на мысль об агрессивной мужской чувственности.