Онлайн книга Дворянин поневоле

 – Дозвольте спросить.

– Спрашивай, – кивнул Сашка, жестом указывая ему в сторону.

Они отошли от сбившихся в кучу мужиков, принявшихся обсуждать услышанное, и мужик, вздохнув, негромко сказал:

– Ваша милость, некуда мне идти. Да и землю пахать я не умею. Дозвольте вам служить.

– Погоди. А чем же ты до галеры на жизнь зарабатывал? – не понял Сашка.

– Товары всякие в обход таможни возил, – махнув рукой, честно признался мужик. – Охотником был, а когда не сезон, через границу бегал. Так и жил.

– То-то я смотрю, с виду варнак варнаком, – не удержался Сашка.

– Видел я, как вы турок клали, – криво усмехнулся мужик. – С таким стрелком, как вы, связываться, самому себе смерти искать. И винтовочка у вас знатная. Я о такой только слышал. А что рядом с вами остаться решил, так от добра добра не ищут. Вон, один раз уже добегался через границу. Второй раз может и не пронести. Пристрелят, словно пса шелудивого, и вся недолга. А вам я не за страх, за живот служить стану.

– Тебя как звать-то, варнак? – улыбнулся Сашка, прикидывая, где его можно использовать.

– Захаром крестили. А товарищи мои Битюгом звали, – смущенно признался бывший галерник.

– Это за что ж тебя так? – удивился парень.

– Так за силу, – пожал Захар широченными плечами. – Я однажды на спор деревенского битюга на себе десять шагов пронес. С тех пор и пошло.

– Однако, – удивленно протянул Сашка, прикидывая, сколько может весить конь-тяжеловоз.

По всему выходило, почти тонну. И такую зверюгу этот варнак умудрился поднять и пронести на себе десять шагов. Силен дядя."

"– Сам удивился, – снова смутился Захар. – Дело-то по пьяной лавочке было. Думал, жилу себе какую сорву или хребет треснет, а все одно потащил. Слово-то сказано было.

– Да уж. Дурное дело нехитрое, – понимающе усмехнулся парень. – А что еще делать умеешь? Ну, кроме как стрелять да следы путать. Может, руками чего делаешь?

– Из кожи что угодно сшить могу, – подумав, кивнул Захар.

– А вот это уже интересно, – задумался Сашка. – А семья-то у тебя была?

– Померла женка моя. От грудной хвори в одночасье сгорела. С тех пор бобылем и жил. Из хозяйства только избенка старая, еще от отца оставшаяся, да кобыла, товар возить. Собаки на дворе, и той не держал. После того, как жену схоронил, ни к чему все стало, – грустно вздохнул Захар.