Онлайн книга Гонки на выживание

Наконец Нифонтов взглянул в глаза своему первому заместителю:

— А что, Константин Дмитриевич, как вы посмотрите на то, чтобы нам немного проветриться?

По его выразительному взгляду Голубков тотчас понял, что тот вкладывал в эти слова: даже здесь, даже у себя, где самой чувствительной аппаратурой были «просвечены» все стены, потолки и оборудование каждой комнаты, Нифонтов не чувствовал себя в полной мере уверенным, что их не услышит кто-нибудь третий.

Был зимний ветреный день, к прогулкам никак не располагавший, но Голубков охотно согласился.

— Поедем в моей машине, — сказал Нифонтов. И уже минут через десять, влившись в поток транспорта на Беговой, они катили в черном «вольво», удаляясь от центра. Погода была отвратительная, в ветровое стекло сплошным потоком летел серый снег.

Нифонтов был мрачен. Когда Голубков вопросительно взглянул на него, тот незаметно кивнул в сторону водителя, и полковник осекся на полуслове ~ видимо, разговор должен был пойти о чем-то слишком важном."

"Неожиданно Александр Николаевич нажал кнопку и опустил стекло, отделяющее задний салон от водительского сиденья.

— Вот что, майор, остановите-ка за углом. Мы сейчас выйдем, немного пройдемся и подышим воздухом. Можете быть свободны. В семнадцать ноль-ноль ждите нас там же, где высадите.

И они оказались на резком ветру с колючими ледяными иглами — двое немолодых мужчин в штатском, по виду которых решительно никто не смог бы догадаться, кто они такие и чем занимаются.

— Вот так-то лучше, — сказал Нифонтов, когда «вольво» исчез и смешался с машинами в дорожной лавине.

— А наружники?

— Не волнуйтесь, Константин Дмитриевич. Я подготовил нашу встречу довольно тщательно. Но… как сказал поэт, «и все же, все же, все же…».

Они спустились в подземный переход, проехали в поезде метро несколько остановок, снова поднялись на поверхность и вскоре уже топтались на платформе пригородных электричек. Потом, в последнее мгновенье, прыгнули в закрывающиеся двери зеленого вагона, и, только когда поезд понесся в сторону Баковки и они остались одни в промерзлом, прокуренном тамбуре, генерал Нифонтов заговорил без опаски и оглядки.

— Вчера я прочитал секретную докладную моего особо информированного источника наверху. Кажется, у кого-то из наших высших бонз вдруг обнаружились общие интересы с Рашид-Шахом.

Полковник Голубков не удивился.

— Этого следовало ожидать. Эмир был бы готов многое купить. Вопрос лишь в товаре и продавце.