Онлайн книга Яд твоего поцелуя (СИ)

Этим самым он как бы играет со мной, соблазняя, и в то же время говорит: «Куда ты, девочка, лезешь? Твое место только у меня в постели».

— Предлагаю вам прийти сюда, когда клуб работает в полную силу, Полина Анатольевна, — вновь улыбается Быстрицкий, взяв под контроль свои эмоции. — Посмотрите нашу программу, понаблюдаете за публикой. Тогда я уверен, что вы измените свое мнение. Может быть, завтра? У нас как раз полный зал, все столики выкуплены.

— Марат Артурович, будьте добры, скажите, какие у нас на завтра планы? — делаю вид, что совершенно равнодушна к предложению Быстрицкого.

— Завтра у нас… — Марат, он же Ринат Сафиуллин, военный, один из моей легенды, сосредоточенно смотрит в свой телефон. — Мы идем в «Гэтсби», они тоже хотят инвестировать в клубы."

"— Тогда послезавтра? — сжимает губы Даниил.

Я сижу рядом с ним и чувствую, как он напрягся. Ему ужасно не нравится, что он не в приоритете у нас.

— Можем на часок заскочить перед поездкой в «Империал», — сообщает Марат.

— На часок? — едва скрывая возмущение, произносит Быстрицкий. — Что можно понять за час, да еще в самом начале вечера?

— У нас очень плотное расписание, — делаю вид, что мне очень жаль.

— Значит, мой клуб не один в вашем списке? — сквозь зубы произносит Быстрицкий, на мгновение сбрасывая маску, но тут же снова возвращает себе улыбку. — Полина Анатольевна, а на свидание я вас могу пригласить?

— Ну что вы, зачем? — смотрю Даниилу в глаза, а так хочется вцепиться в его самодовольное лицо.

— Возможно, вы мне понравились? — наклоняется снова ко мне Быстрицкий и говорит шепотом. — Сегодня? Я могу вас украсть у этих церберов? Сходим куда-нибудь или просто приятно проведем время у меня дома?

— Думаю, вы не совсем понимаете, для чего я здесь, — так же наклоняюсь к уху Быстрицкого, шепчу, чуть касаясь своими губами его уха. Вижу, как ходят желваки под кожей, как сжимает Даниил губы. Я его злю, очень хорошо.

— Отчего же? — в ответ поворачивает свое лицо ко мне Даниил.

Теперь мы слишком близко, взгляды скрещиваются.

— Я слишком хорошо понимаю, для чего вы здесь, — хрипло произносит Быстрицкий.

Если бы я по-прежнему была влюблена в него, то сейчас бы растеклась лужицей у его ног, но в том-то и дело, что я ненавижу этого мужчину. Ненавижу за все, что он со мной сделал.

— Тогда вам придется потерпеть, — в тон ему отвечаю я, глядя прямо в глаза.

— А вы хорошо играете, Полина Анатольевна, — усмехается Быстрицкий.