Онлайн книга Империя Греха

Либо Гвен портит ее — и я не удивлюсь, если это так, — либо, что более логично, она избегает меня.

Чего я не потерплю.

Поэтому я позвонил Крису и заставил его сказать мне, где они находятся.

— Мы в клубе! — крикнул он сквозь музыку, а потом прислал мне адрес.

Вот где я сейчас нахожусь. В чертовом клубе.

Громкая музыка почти пробивает мои барабанные перепонки, пока я пробираюсь сквозь толпу извивающихся тел. Синий свет мигает синхронно с модной музыкой, и люди сходят с ума, когда ритм стихает.

Обычно это моя сцена.

Я живу ради прилива адреналина, алкоголя и секса. Это то, что отвлекает меня от мыслей и держит в узде мои тени.

Но это перестало быть нормой с тех пор, как я встретил ее. С тех пор, как я стал ее владельцем и вошел в ее жизнь так же глубоко, как она вошла в мою.

Прошло несколько недель с тех пор, как я в последний раз находился в подобном месте, несмотря на постоянное ворчание Дэна и вечные дразнилки в групповом чате.

Сейчас клуб кажется немного чужим.

Может, потому что мое представление о веселье странным образом сменилось с шумного ночного клуба на маленькую, тихую квартиру.

Сначала я замечаю Гвен и Криса, потому что они громкие, как черти. Они оба потягивают напитки, при этом танцуя урывками. Еще один парень, примерно их возраста, двигается вместе с ними, и все трое смеются в унисон.

Гвен едва держится на ногах, но не мне об этом беспокоиться.

Я осматриваю их окрестности, зная, что Анастасия не может быть далеко, если она пришла с ними.

В голове у меня проносится мысль, что я иду вперед и хватаю ее за горло, но мои ноги не двигаются. Я ошеломлен и застыл на месте от ее вида."

"Анастасия носит три типа одежды — мешковатые брюки, безразмерные рубашки и толстовки. Ох, и сексуальные, как черт, кружевные трусики.

Это единственные вещи в ее шкафу.

Так откуда, блядь, она взяла это платье?

Обтягивающее черное, открывающее ее изгибы в виде силуэта.

Она также распустила свои черные волосы, позволив им волнами спадать до плеч. Кажется, она накрасилась, хотя на ней все еще толстые очки.

Мой член мгновенно дергается к жизни, и я вынужден поправить жалкую подростковую фантазию.