Онлайн книга Империя ненависти

— Она позвонила моему брату, чтобы он отвез нас домой.

Я отпихиваю его, мои конечности трясутся так сильно, что я удивляюсь, как они работают.

— Николь.

Он хватает меня за локоть, крутя меня вокруг себя.

— Что? Тебя ждет твоя драгоценная Астрид. Что ты хочешь от меня?

Взгляд проходит через его черты, и мне хочется использовать все желания и ламповых джиннов в мире, чтобы понять, что это значит.

— Мы с тобой… невозможны.

— Очевидно. Удачи тебе быть игрушкой Астрид.

— Ох, я тебя умоляю. Дело не в Астрид.

— Ясно. Судя по стояку в твоих джинсах.

— Физическая реакция.

— А те пять раз, которые ты трахнул меня той ночью, тоже были физической реакцией?

— Я был под наркотиками.

— Наркотик не заставляет тебя хотеть того, кого ты не хочешь, Дэниел.

— Да, заставляет.

Я вижу это. Он отчаянно хочет в это верить, он хочет верить, что если бы у него был выбор, он бы не прикоснулся ко мне и на десять метров.

Но он прикоснулся ко мне только что, и он трезв, вот почему он расстроен.

Я не знаю, смеяться мне или плакать.

Так что я довольствуюсь улыбкой.

— Что, если я скажу, что для меня это не так? Что, если я скажу, что я хотела этой ночи? Что я чувствовала ее как ничто другое?

— Тогда ты солжешь, потому что твоим планом был Крис.

Этот чертов ублюдок.

Я хочу ткнуть ему в глаза.

Вместо этого я довольствуюсь тем, что бросаю в него укол.

— Может, он все еще мой план, и теперь, когда ты его разрушил, мне придется работать вдвое усерднее.

В его голубых глазах загорается вспышка. Она настолько резкая и быстрая, что я физически напрягаюсь.

— Так вот к чему был эпизод с капитаном? Привлечь внимание Криса?

— Может, и так.

— Желаю удачи в привлечении чертовых неудачников.

— Похоже, у меня с ними рекорд. — я откидываю волосы. — Я считаю это работой на общественных началах."

"Его глаза снова вспыхивают, он протягивает ко мне руку, но прежде чем она успевает коснуться меня, его телефон вспыхивает, он качает головой, затем разворачивается и исчезает.

Снова.

Оставляя меня позади.

Вновь.

И на этот раз я чувствую, что действительно потеряла часть его.

Которую я не смогу вернуть.

И все же, я облизываю губы и чувствую вкус персикового леденца, молясь о том дне, когда я смогу поедать настоящие персики.

Но это, наверное, так же невозможно, как и желание, чтобы Дэниел когда-нибудь принял меня.

Чтобы я понравилась ему.

Чтобы он захотел меня.