Онлайн книга Имперский союз

А пока, Александр Павлович, я попрошу вас быть моим гостем и отправиться не в квартиру князя Одоевского, а в Аничков дворец, где вы будете в полной безопасности. И прошу не возражать мне – ведь я же, в конце концов, самодержец…

Дела домашние

Денис с Никифором остались в доме на Фонтанке, а Шумилин с императором отправились в Аничков дворец. По дороге Николай еще раз распек гостя из будущего за неосторожность и ненужную браваду. Александр лишь порадовался тому, что дорога до дворца была короткой и царь так и не успел как следует прочитать ему нотацию.

Осторожно шагая по ступенькам дворца, Шумилин чувствовал, что совсем расклеился и ушибленный пулей бок болит все сильнее и сильнее.

«Точно ребро треснуло, – подумал он. – Вот появится Леха, он меня тоже отругает. И поделом – действительно, не надо было нам лезть самим в драку с этими британцами. Сцапали бы этого Паркера безо всякой пиротехники и махания ногами, отвезли куда подальше, раскололи, вытрясли из него все, что знает, а потом отправили бы с камнем на шее в Неву, кормить корюшку.

Николай, видя, что его гостю совсем плохо, развил бурную деятельность. Он приказал одному лакею помочь Шумилину раздеться, а второму – принести с кухни лед. Император был изрядно удивлен, увидев, что под сюртуком и рубашкой Александра надет легкий бронежилет. Еще больше он удивился тому, что, с виду мягкая и гибкая, защита удержала пистолетную пулю, выпущенную почти в упор.

Когда Шумилин разделся по пояс, Николай охнул, а лакей всплеснул руками. На загорелой коже бывшего опера красовался здоровенный багровый кровоподтек.

– Да, Александр Павлович, – сочувственно сказал император, – а вам повезло. Если бы не этот ваш панцирь, – он кивнул на лежавший на полу бронежилет, – то я бы с вами вряд ли сегодня разговаривал.

Лакей принес с кухни завернутый в полотенце кусок льда и приложил его к ушибленному боку.

Проснулся Александр часа через три. Он лежал на мягком диване, накрытый шерстяным пледом. В комнате никого не было, однако через неплотно закрытую дверь в соседней комнате был слышан негромкий разговор. Прислушавшись, Шумилин понял, что там по-французски беседуют царь и Бенкендорф.