Онлайн книга Интервью для Мэри Сью. Раздразнить дракона

К бронзовокрылому присоединился четвертый дракон, шипастый, и не давал магам возможности взлететь.

Вот только дракон, чью шею украшал ряд здоровенных игольчатых выростов, в отличие от своего бронзовокрылого собрата, не успел избавиться от наездника. Колдун еще чудом держался на его холке, намертво вцепившись в один из этих самых шипов. Миг — и по шее сородича, ровно в то место, где сидел хваткий чародей, пришелся удар хвоста бронзового дракона. Наездник за долю секунды до этого успел сигануть с холки.

Только сейчас, стоя у стены и наблюдая безумную панику, крики, свистящие пульсары и отчаянный мат чародеев, которые сдерживали стену огненного драконьего дыхания, я начала осознавать, что такое война для простых людей.

Чародей, что первым выпал из седла и лишь чудом не разбился, весь измазанный, сейчас присоединился к магическому заслону, влив в него свои силы.

Я повернула голову, успела увидеть, как и второго наездника, вцепившегося в загривок аметистового дракона, щедро облил пламенем бронзовокрылый, освобождая крылатого собрата от седока.

Маг, которого только что искупали в огне, должен был обуглиться и осыпаться на землю кучкой пепла, но он, хоть и основательно подкопченный, каким-то чудом сумел выжить. А вот удержаться — нет.

Не знаю как колдунам, а вот простым смертным падение с драконьей шеи наверняка светило бы не совсем романтическим свиданием с апостолом Петром. То ли всадник на шипастом был дюже удачливый, то ли просто имел блат, знал всю небесную канцелярию лично и наведывался в нее регулярно, но… После того как уже бывший наездник аметистового поприветствовал боками арену с запекшейся на ней грязью, он весьма резво припустил по глиняной корке, ловко уворачиваясь от драконьего дыхания.

Толпа, еще пару минут назад праздная и опьяненная азартными зрелищами, сейчас голосила на все лады. Я жалась к стене, понимая, что если ринусь к выходу — меня просто затопчут. Йон думал примерно так же и изучал взглядом частокол ограды.

Я тоже задрала голову и увидела, как фиолетовый дракон в небе, взбрыкнув, скинул с себя пятого наездника.

Умар же боролся со своим ящером, матерым, огненно-красным. Плюнув на бесполезный аркан подчинения, сырой силой, что текла из его рук, драконоборец пытался усмирить крылатого летуна. Зверюга же укрощаться не желал, яростно плевался огнем, но до Умара так и не доставал.