Онлайн книга Герцог и я

 – Но я не могу окончательно отринуть свет, ведь многие мои друзья за время моего отсутствия успели создать семьи и их жены начали устраивать вечера.

– На которые вас приглашают, и ваша преданность дружбе не позволяет вам отказаться?

Он кивнул.

– Так наберитесь мужества и откажите.

В его взгляде смешались гнев и восхищение.

– Мужья этих женщин, я уже сказал вам, мои хорошие друзья.

– И вы боитесь обидеть отказом их жен? Все-таки вы, наверное, довольно хороший человек.

– Сомневаюсь, – пробурчал он.

– Но ведь и не очень плохой?

Музыка умолкла, и Саймон медленно повел Дафну к братьям и матери, пытаясь по пути закончить – вернее, сформулировать – опасную мысль, посетившую его несколько минут назад.

– Я пытался объяснить вам, но так и не сумел, поскольку вы не дали мне возможности… И теперь сделаю еще одну попытку…

– Прошу вас, милорд, – милостиво разрешила она.

– Так вот, – произнес он резче, чем самому хотелось, – мы остановились на том, что я, как ни крути, должен появляться в лондонском свете.

– А это смерти подобно, – не удержалась Дафна.

Ему стоило большого усилия не крикнуть ей, чтобы перестала все его слова превращать в шутку. Хотя сам он был любителем делать так же.

– Вы, насколько я понимаю, – сказал он, – не больше меня жаждете светских удовольствий. Однако noblesse oblige[4], как говорят французы.

– Это так, – согласилась она.

Он поспешил продолжить:

– Полагаю, есть способ, с помощью которого я могу избавиться от слишком пристального внимания матроны Фезерингтон, а вы – от удушающей опеки вашей матушки.

Дафна с интересом взглянула на него и проговорила:

– Продолжайте!

– Итак… – Он остановился и, слегка наклонившись к спутнице, заговорщически произнес: – Мы заключаем с вами нечто вроде соглашения.

Саймон ожидал немедленной реакции: вскрика, хлопка в ладоши, хотя бы улыбки, – но девушка молча смотрела на него, и он не мог понять – то ли она считает его наглецом, то ли идиотом.

– Что вы думаете об этом? – не дождавшись ответа, спросил он."

"– Я подумала, – медленно проговорила Дафна, – что, вероятно, не напрасно меня предупреждали о вашем бурном прошлом.

– Разве такое было?

Она снисходительно потрепала его по рукаву.

– Было, милорд. Но я простила вам, приписав все природной вспыльчивости.

Саймон растерянно уставился на нее, а затем произнес:

– Никогда раньше не испрашивал снисхождения женщин.