Онлайн книга Каспар Фрай (авторский сборник)

С помощью этих приспособлений они быстрее кошек взбирались на любую стену, однако главным их оружием были кривые мечи, которые они могли часами шлифовать и оттачивать.

Готовились к новому дню и в замке. Выметали ярусы, по которым предстояло бегать, смазывали детали метательных орудий, примеряли новые доспехи – от их крепости завтра зависело многое.

Густав фон Марингер проверял огромные арбалеты. Он прикладывался к каждому из них и делал замечания, которые выслушивали следовавшие за ним двое мастеров. Все его пожелания выполнялись беспрекословно, ведь он был не только сыном графа, но и лучшим стрелком из арбалетов-гигантов.

Словно ночные призраки, в страшноватых стальных масках ходили по ярусам гвардейцы – искусные стрелки из легких кавалерийских арбалетов. Завтра в этих шлемах и тяжелой броне им предстояло дать Отпор гельфигам. Стальные наборные перчатки защищали руки, двойная кольчуга – шею, бедра и живот. Учитывая способности гельфигов, на шлемах нельзя было оставлять даже смотровых щелей, поэтому прицеливаться приходилось сквозь частую сетку.

Во дворе стучали молотки, плотники готовили длинные желоба – еще одно незнакомое де Гиссару оружие.

Другие мастера проверяли колеса болтушек, которым назавтра предстояло много работы.

Пока велись эти приготовления, граф фон Марингер сидел в своей спальне, мучительно раздумывая, стоять ли в замке до последнего или уйти по галереям прямо сейчас, с сыновьями и приближенными, оставив на стенах одну только гвардию.

Шанс на успешное противодействие неприятелю еще оставался, фон Марингер уже знал, как уничтожить укрывавшихся в уступах стрелков.

«Значит, остаюсь, – решил граф. – Честь бюварда заставляет меня стоять до последнего, а в случае неудачи – что ж, сыновей жалко, но ничего не поделаешь. Остаюсь».

32

Даже в темноте строители не прекращали работу возле уступов. Оттуда доносился стук камней, которые заготавливали для завтрашнего дня – чтобы поставить укрепления у самого рва, оставалось сделать последний бросок.

Одна из трапеций выстрелила смоляной бомбой, яркое пламя, осветило стены уступа, однако рядом никого не оказалось. Наученные опытом прошлой ночи, когда при свете факелов гвардейцы подстрелили нескольких их товарищей, рабочие и носа не высовывали из укрепления.

Утро началось кровавой зарей – солнце с трудом пробивалось сквозь плотные облака.