Онлайн книга Херувим

Однажды Юля спросила:

– Скажи, почему, когда я сидела дома и полностью от тебя зависела, ты мне так весело изменял, и почему теперь, когда я работаю и у меня все хорошо, ты вечерами упрямо сидишь дома и не заведешь себе подружку-утешительницу?

Вопрос оказался поистине философским. Олег вместо ответа устроил долгий нудный бойкот, неделю с ней не разговаривал и для этого специально взял на работе больничный, целыми днями лежал на диване, уставившись в телевизор, и на приглашение к ужину не откликался.

Когда бойкот как воспитательная мера себя исчерпал, Олег решил использовать тяжелую артиллерию. После нежного трогательного примирения он сказал, что теперь ему ясно, в чем состоит их главная проблема. Надо срочно завести второго ребенка и на этот раз непременно мальчика, потому что мужчина не может считать ребенка-девочку своим истинным продолжением.

– Олег, на что мы будем жить, если я брошу работу? – спросила Юля.

– Ты хочешь сказать, что мы сейчас живем на твои деньги? – спросил он в ответ.

Она совсем не хотела этого говорить, она не собиралась ранить его нежное мужское самолюбие и произносить вслух то, что являлось грубой правдой: его зарплаты в поликлинике едва хватало ему лично на сигареты, потому что он предпочитал курить дорогие.

– Если я уйду из клиники на полтора года, меня могут и не принять назад, – осторожно заметила она.

– А ты и не вернешься туда, – утешил он, ласково погладив ее по голове, – ты станешь наконец нормальной женой и мамой, будешь сидеть дома, и все у нас будет хорошо. Я очень тебя люблю, Юляша, ты моя единственная и главная в жизни женщина.

– Олег, я тебя тоже очень люблю, но я не смогу жить без своей работы, если буду сидеть дома и стирать пеленки, я просто свихнусь.

– Какие пеленки, Юляша? – засмеялся он. – Теперь все пользуются памперсами.

«Какие памперсы, Олег? Если я не буду работать, нам не хватит на самую простую еду и на квартплату», – подумала Юля, но не стала говорить этого.

– Значит, второго ребенка ты не хочешь? – подвел он трагический итог. – Значит, ты и дальше намерена жить исключительно для себя, любимой?

Она опять промолчала и ушла спать к Шуре.