Онлайн книга Пепел между нами

***Измайлов ворвался в кабинет, спустя две минуты после ухода Златы. Глаза у него были огромные, как у совы, выражение лица — растерянно-чумевшее. Он тряс руками и нелепо открывал рот, пытаясь выдавить хоть слово. И наконец, справившись со ступором, прохрипел:

— Миха!

В ответ ноль реакции. Краев сидел за столом, подпирая щеку кулаком, и задумчиво щелкал ручкой, наблюдая за тем, как кончик то пропадает внутри, то выскакивает наружу.

— Миха, блин, очнись! — снова гаркнул и, не дождавшись реакции, еще громче, — Ты вообще живой?!

— Нет.

— Мне показалось, или Злата…

— Не показалось, — флегматично отозвался он.

— Твой? Или твоя?

— Мой.

— Охренеть…

Это было очень мягкое описание ситуации.

Колпачок еще раз щелкнул и отвалился. Миша отбросил в сторону сломанную ручку, поднялся из-за стола и, заправив руки в карманы, подошел к окну.

Наверное, впервые в этом году, зима действительно была похожа на настоящую зиму. На улице кружил пушистый крупный снег. Он не таял, как это было раньше, а укрывал землю белым ровным ковром, по которому весело прыгали неунывающие воробьи.

— Зачем она приходила?

— Точно не для того, чтобы мириться, — Краев в двух словах пересказал их разговор. Внутри бешеная карусель. Весы, которые склонялись то в сторону беспомощного отчаяния, то к дикому подъему и надежде.

— Потрогать живот дала?

— Ты издеваешься? — Он до сих пор помнил, как Злату передернуло, когда он попытался взять ее за руку, после того как… — Зато, обещала прислать снимок УЗИ на почту.

— Соболезную, Мих, — выдал Женя, потом сообразил, как прозвучали его слова и быстро добавил. — то есть мои поздравления, но… Тебе реально не позавидуешь.

Это точно. В такую жопу забраться — не каждому дано. Но он смог. Победитель по жизни, мать его.

— И что теперь?

— Добиваться. Возвращать, — с мрачной решимостью произнес Краев, — заново строить то, что сломал.

— Это будет непросто.

— Жень, называй вещи своими именами. Это будет пипец как сложно.

Он понимал, что путь к цели будет похож на танец на раскаленных углях. Только теперь между ними была связь, которую Злата не сможет разорвать, даже если очень захочет. Якорь. Ниточка, которая навсегда связала их вместе.

— И Анька, партизанка, ни слова не сказала.