Онлайн книга Кодекс Охотника #11

Еще девять «Летучих отрядов» были на подходе, но Жамбалат хотел быть первым. Это почет и уважение от своего народа, лучшая добыча, и самые красивые девушки.

В бинокль Жамбалат видел, как одна из них очень ловко, как для женщины, орудует мечом, а рядом за ней с интересом наблюдает какая-то жирная мохнатая тварь.

На вкус Жамбалата девка была тощей, но зато молодой и, скорее всего, не порченной. Такие дорого стоили на рабском рынке Караван Сарая.

Его «летучий отряд» сделал крюк, и зашел со стороны озера, дабы ударить с неожиданной стороны.

— Бабу брать живьем, тварь убить! — скомандовал командир, и рядом сухо щелкнула снайперская винтовка, оснащенная глушителем.

Меховой зверь смешно подкинулся, и отлетел в сторону. Но тут же вскочил, потряс головой и зарычал, пытаясь понять откуда пришла опасность.

— Крепкая тварь! — скривился Жамбалат. — Добейте!

Теперь ударило сразу несколько стволов, но мохнатый комок неожиданно ловко для своих коротеньких ножек, безошибочно определив нужное направление, побежал в их сторону, ловко уворачиваясь от выстрелов.

— Да убейте вы эту тварь, в конце-то концов, скоты! — заорал разъяренный командир."

"Его бойцы откинули скрытность, и принялись за дело всерьез. Застучали пулеметы, в воздух взметнулись гранаты, и все заволокло дымом и пылью.

Через несколько секунд из облака вывалился мохнатый камикадзе, сделал несколько шагов, и рухнул на бок, высунув язык.

— Ну, слава Великому Коню! Наконец-то! Хватайте бабу!

Его бойцы бросились вперед, а Жамбалат неторопливо подошел к странной, но очень крепкой твари, чтобы рассмотреть ее поближе. Странно… Никакой крови, чёрный мех запылен и закопчен, но не поврежден, а нарядная белая «шапочка» на голове вообще не тронута.

Монгол ткнул тварь ногой, и вдруг его пронзила сильная боль. Жамбалат заорал, не понимая, кто или что так быстро продавил его доспех. Посмотрев вниз, он увидел, что его нога, как в капкане, надежно зафиксирована в челюсти медоеда.

А еще, перед тем, как подпрыгнуть и разорвать монголу зубами глотку, это экзотическое животное, кажется, ему подмигнуло…

Чуть позже

Там же

Нарантуяа Баярбат не был трусом. Но он гордился своей осторожностью. Именно это позволило прожить ему до преклонного возраста в тридцать два года, тогда, как его сородичи редко доживали до тридцати.