Онлайн книга Последняя гастроль госпожи Удачи

Александр Михайлович никак не отреагировал на слова Маруси, он носился по комнате в поиске ключей.

— Мех красивый, — восхитился Маневин. — Он из кого? Норка? Соболь?

— Le chien en peluche, — с самым серьезным видом ответила Маша.

Маневин заморгал.

— Лешьен ен пелюш?

Я постаралась не рассмеяться. Муж отлично владеет французским, читает на этом языке научные книги. Но с произношением у него беда.

— Не слышал о таком животном, — продолжал мой профессор. — Хотя… в переводе с французского это собака из плюша. Погодите! У меня в руках искусственная доха.

— Я ношу только имитацию, — пояснила я.

— У нас в доме нет настоящего меха? — возмутился Феликс.

— Можно расстелить на сиденье Афину, — посоветовала я, — Манюня сядет на нее. И шкура натуральная, и подогрев естественный.

— Нет, нет, Афина начнет шевелиться, девочка упадет и родит в машине, — перепугался Маневин.

Дегтярев и Юра, которые одновременно бегали вокруг стола в разных направлениях, столкнулись, замерли, потом хором сказали:

— Родит в машине? Не надо!

— Стоп, — скомандовала Маша и хлопнула в ладоши.

В ту же секунду погас свет.

— Что случилось? — обморочным голосом осведомился Юра.

— Пробки выбило, — предположил Маневин.

По комнате заметался узкий луч.

— Сейчас проверю щиток, — сказал Женя.

— Где ты взял фонарик? — закричал Дегтярев. — Дай его мне немедленно!

— В телефоне, — пояснил Коробко, — у вас он тоже есть.

— Сотовый, куда я его положил? — спросил полковник.

— Кто видел мой мобильный? — присоединился к Дегтяреву Юра.

— Дашуля, куда подевалась трубка? — осведомился Феликс.

— Чья? — уточнила я.

— Моя.

— Понятия не имею, — вздохнула я.

Мужчины передвигались по комнате, натыкаясь на стулья, потом раздался лай Афины.

— Прости, дорогая, не хотел наступить на тебя, — извинился Маневин, и через секунду послышался глухой удар.

— Маша! — завопили Феликс и Юра. — Что с тобой?

— Ничего, — спокойно ответила Манюня, — сижу себе тихо. Дегтярев споткнулся о Хуча и упал. Хорошо, что мопса не раздавил.

Люстра вспыхнула.

— Перестаньте носиться, — потребовала Маруся. — Я пока не рожаю.

— Но ты сказала про схватки, — напомнил Юра.

— Я ошиблась, — пояснила Маша.

По комнате пролетел общий выдох.

— Слава Богу, пронесло, — истово перекрестился Дегтярев, который никогда не был воцерковленным человеком."

"— Пока! — уточнила Маруся. — Но мне вот-вот надо в роддом ехать. И что я сейчас увидела? Родные мечутся как больные куры. Ничего найти не могут. Впали в истерику.