Онлайн книга Лекарь

Вот чертовка! Сама сопит рядом, а к нему сон не идёт.

Уснул Никита только под утро, измучившись. И сон увидел — как наяву. Мать по голове его гладит и говорит что-то, губы шевелятся. А он — ещё маленький мальчик, и не слышит он её.

Проснулся оттого, что Любава его трясла:

— Никита, проснись! Сон дурной приснился? Ты кричал, маму звал.

— Маму во сне увидел — это правда. Только сон не дурной, а непонятный какой-то.

— Фу, ну спи тогда. А то напугал.

А куда спать, когда за окном светать начинает? Никита умылся, позавтракал и отправился в лекарню.

Весь день сон не выходил из головы. К чему бы это? Неужели с родителями плохо? Никита даже корить себя начал. Уже пять лет здесь, шестой пошёл, а о родителях вспоминал всё реже и реже. Нехорошо как-то, не по-людски.

После работы в церковь пошёл, свечки во здравие поставил — Николаю-угоднику да Пантелеймону. На душе стало немного легче, отпустило.

После ужина он залез в кубышку, пересчитал деньги. Изрядная сумма: двадцать два рубля серебром, десять золотых да ещё пара рублей медяками наберётся.

— Никита, покупать что-нибудь собрался? — спросила вошедшая в комнату Любава.

— Нет.

— А деньги зачем считаешь?"

"Никита и сам ответить не мог. Только значительно позже осознал, задним числом. Видимо, судьба уже подавала ему знак, только не все способны знаки те читать. Но ведь подтолкнуло что-то? Один раз только он деньги пересчитывал — когда вот этот дом покупать собирался.

Ночью снова приснилась мама. Головой качала: «Жив ли ты, сынок? Хоть бы позвонил!» Никита проснулся в холодном поту.

В лекарню пошёл не выспавшийся, с тяжёлой головой. У кабинета его уже дожидался купец, приходивший к нему несколько дней назад.

— Здравствуй, лекарь. Надумал я живот резать.

— Припекло?

— Да не жизнь это. Либо уже выздороветь, либо умереть, коли судьба такая.

— Пойдём, страдалец. Своих-то, домашних, предупредил?

— Предупредил, дела приказчику передал. Бельишко чистое на всякий случай дома приготовил и деньги с собой взял.

— Хватит. Экий ты предусмотрительный, обо всём подумал.

— Иначе-то как? Семья у меня.

Ну да, всем бы так.

Дальше пошло по накатанному. Иван эфир дал, купец уснул. Никита волноваться стал — перед операцией некоторое волнение всегда есть. Но одно дело, когда на аппендикс идёшь, и совсем другое — когда диагноз до конца не ясен.

Никита сделал разрез кожи, прошил сосуды, поменял нож. Вот и желудок.